– А что же вы делали там?- грозно спросил Лассард.- Вы что, тоже «голубые»?… Лейтенант!-
обратился он к Харрису,- этого нам еще только не хватало!
– Господин комендант,- вступился за своих протеже Харрис,- дело в том, что в том баре должна была проходить вечеринка…
– Откуда вы об этом узнали?- спросил Лассард.
– Нам сказал толстяк Барби, а ему, в свою очередь, сообщил МакКони…,-принялся оправдываться Колтон.
– О, этот МакКони,- зашипел Лассард,- это он тут главный зачинщик безобразий. Все неприятности от этого МакКони…
– Так говорите, МакКони сказал вам, что встреча назначена именно там? Он просто провел вас за нос!
Взгляд Лассарда приобрел необычайно злобное выражение, что никак не вязалось с его старческим румянцем.
Лейтенант Харрис!- скомандовал он.
Я!- отозвался тот.
– Лейтенант Харрис, вы поручились за этих людей, а они не оправдали нашего доверия… Моего доверия,- поправил Лассард.- Вам объявляется выговор с занесением в учетную карточку. Этих двоих тоже следовало бы наказать.
– Слушаюсь!- рявкнул в ответ лейтенант.- Будет исполнено. Когда прикажете приступить к наказанию?
– Да хоть сию минуту. Об исполнении доложите лично!
Лейтенант завел опальных стукачей в свой кабинет и закрылся изнутри.
– Ну что, голубчики, допрыгались?-в голосе Харриса были слышны явные нотки злорадства,- допрыгались, идиоты? Теперь из-за вас, пидаров поганых, у меня неприятности по службе. Я же, в свою очередь, выбараю вас сейчас так, как вас не барали даже в армии…
Стукачи понуро молчали.
– Принять упор лежа!- скомандовал лейтенант.- Приступить к отжиманиям от пола! Раз, два, три, четыре… поживей, мерзавцы, это только начало… десять, одиннадцать,
двенадцать,., вы на всю жизнь запомните, что значит подставить своего непосредственного начальника!
После сотого раза Робертс упал на пол и тихо-тихо произнес:
– Не могу больше…
– Ах, не можешь?- обрадовался Харрис,- очень хорошо, что не можешь! А ты,- лейтенант ткнул носком ботинка в лицо Колтона,- ты, подонок, можешь?
Тот лишь отрицательно помотал головой. Харрис гадко заулыбался:
– Сейчас, сейчас, дорогие мои, сейчас вы все сможете. Знаете, что на свете имеет самый отвратительный запах?
Обессиленные кадеты едва нашли в себе силы отрицательно покачать головами.
– Не знаете? Кипящая сера в котле дьявола. А что
пахнет еще хуже, еще омерзительнее? Отставные стукачи молчали.
– А еще хуже, еще омерзительнее пахнут мои носки, когда я их неделю не снимаю,- Харрис гаденько захохотал,- а если вы не можете продолжать физические упражнения, вы сами в этом убедитесь!…
Харрис медленно принялся расшнуровывать свои ботинки на рифленой подошве. Сняв их с ноги, лейтенант стянул носки и положил их – Колтону левый, Робертсу правый – под нос кадетам.
– Может быть, теперь вы сможете продолжать отжиматься?- издевательски поинтересовался лейтенант.
Дьявольская уловка Харриса состояла в том, что для того, чтобы не ткнуться носом в смрад его носков, приходилось отжиматься как можно выше. Лейтенант, очень довольный своим воспитательным методом, стоял рядом и считал: