Через несколько минут полицейский автомобиль затормозил у разбитых, стеклянных дверей с надписью «Аптека», и Харрис, выйдя из машины, направился с включенным жезлом-фонариком на перекресток.
Сперва все шло вроде бы хорошо – водители автомобилей, хотя и медленно, но правильно выбирали путь благодаря отмашкам Харриса. Он регулировал ритм и скорость направлений автомобильных потоков почти без ошибок. Но вскоре случилось непредвиденное – на свет светящегося жезла стали слетаться насекомые. Жадные до крови комары, облепив руку Харриса, руководившего движением, принялись кусать несчастного полицейского. Естественно, регулировщик замахал во все стороны руками, забыв при этом, что в темноте движения его светящегося жезла вполне могут быть приняты водителями за какиенибудь команды…
Буквально через минуту на перекрестке творилось нечто невообразимое – глядя на хаотичные, бессмысленные движения светящегося жезла полицейского, водители пытались проехать в том направлении, куда, как им казалось, указывал регулировщик, однако там уже проезжали другие автомашины. Харрис, разозлившись на доведших его до исступления кровососущих насекомых, продолжал махать светящимся жезлом в разные стороны. Где-то рядом послышался звон разбитого стекла – огромный «бьюик», поверив в правдивость отмашек регулировщика, врезался в витрину аптеки – проехав по аптечному залу несколько метров, он, наконец, затормозил. Внезапно из разбитой аптеки послышался характерный запах хлороформа – по всей видимости,«бьюик», врезавшись в витрину, разбил своим бампером бутыль с жидкостью… В то же мгновение в задок «бьюика» врезался потрепанный «фольксваген»- дверцы машины открылись, и из нее вышла огромная толстая женщина – казалось, что она по габаритам куда объемней своего хрупкого автомобиля. Подойдя к разбитой витрине, она со всего размаху ударила кулаком по заднему стеклу застывшего «бьюика» и выругалась неожиданно басом:
– А ну, вылазь из машины, стервец!… Я тебе сейчас покажу, как это – внезапно тормозить!…- После этих слов толстая женщина вновь ударила кулаком по заднему стеклу «бьюика»- то разлетелось вдребезги.
Из машины никто не отозвался.
– А ну выходи, подлый трус!- продолжала кричать толстая на всю улицу,- выходи, и ты узнаешь, с кем имеешь дело!…
Из машины по-прежнему никто не отзывался. Толстая дама завелась пуще прежнего:
– Мало того, что ты ублюдок, не умеешь водить машину, так ты, оказывается, еще и трус!…
С этими словами толстая дама полезла вовнутрь разбитой аптеки. Оттуда послышались ее слова:
– А ну, выходи, грязный выродок! Или ты
испугался маленькой хрупкой женщины?… Неожиданно голос толстой затих.
– Мери, Мери, оставь его в покое, поехали дальше,- послышался из «фольксвагена» тонкий голос, принадлежавший мужчине – скорее всего, мужу толстой дамы,- поехали, а то не успеем, мамочка опять будет ругаться!…
Из разбитой аптеки никто не отвечал.
Из «фольксвагена» вылез тщедушный мужчина лет тридцати пяти – своей комплекцией он скорее напоминал подростка. Подойдя к разбитым дверям аптеки, он заглянул вовнутрь и несмело прокричал:
– Мери, ну, пожалуйста, ну, моя дорогая, оставь ты его в покое… У нас слишком мало времени… Из остановившегося рядом с местом аварии «ниссана» вылез молодой человек в джинсовом костюме.
– У тебя, я вижу, какие-то проблемы, приятель?- он похлопал тщедушного по плечу.
– Да,- кивнул тот в сторону разбитой витрины,- вот, только что сюда вошла моя жена Мери, и никак назад не выйдет…
Заджинсованный тип заулыбался.
– Мне кажется, и не выйдет. Набить морду водителю «бьюика»- это для нее всего только повод. Они там, наверное, уже вовсю трахаются…
Тщедушный несколько обиженно посмотрел на говорившего.
– Сэр,- произнес он с достоинством,- не забывайте, сэр, что это – моя жена… Я бы был вам очень благодарен, сэр, если бы вы…
– А не веришь – пройди вовнутрь и посмотри, что они там делают. Держу пари, что перепихон там в самом разгаре!…
– Я бы зашел, но понимаете ли, в чем дело – я
очень боюсь темноты… Заджинсованный юноша захохотал.
– А, так ты еще и темноты боишься?… Хорошо, приятель, я, в отличие от тебя, не такой боязливый… Может быть, хочешь, я туда зайду?…
С этими словами он зашел вовнутрь разбитой аптеки. Прошла одна минута, две, три, пять… Никто оттуда не вышел, никто не подавал никаких признаков жизни…
Муж Мери заметно заволновался. Заметив посреди автомобильной пробки полицейского, он подбежал к нему.
– Сэр, не могли бы вы мне помочь?…
Харрис, к тому времени уже передавив всех кровососущих, сосредоточенно пытался разобраться – как поступить с возникшей автомобильной пробкой.
Слушаю…- произнес он, презрительно посмотрев на просителя.