– О том, кто бы мог его убить.
Объяснение было дано; он поднял трубку и позвонил по внутреннему телефону. Ее быстро проводили к детективу Глену Джонсону, его офис оказался квадратным стеклянным боксом без окон.
– Мы уже поймали убийцу, – сказал Джонсон, вставая. Это был высокий человек, угловатый, как само это здание. Он присел на стол, сложив руки на груди. – Нам позвонил сосед, сказал, что услышал выстрел. Когда мы приехали, убийца стоял там с пистолетом в руке.
– Умоляю вас, – взмолилась Дана. – Женщина, которую вы арестовали, моя подруга. И я не знаю, убивала она Винсента или нет, но я знаю, что мотив был и у кое-кого еще.
Он изучал ее лицо.
Она переминалась с ноги на ногу.
– Винсент Делано был дамским угодником, – выпалила Дана, думая, не устарел ли этот термин. – Мне известно, что до женитьбы на Иоланде, когда он еще был женат на Китти, у него был как минимум один роман.
– С?..
– Я не могу вам сказать.
– Но вам это известно, потому что?..
– Потому что мне сказали.
– Надежный источник?
– Да.
Джонсон раскрыл руки, сцепив пальцы вместе.
– Эта женщина не вы, я полагаю?
– Я? – Ничего себе, ей и в голову не приходило, что он может обвинить ее. – Слушайте, офицер, я пытаюсь помочь. Китти – моя подруга, и я с ее мужем не спала, спал кое-кто другой. А это означает, что как минимум еще один человек мог хотеть убить его.
Детектив кивнул и сказал:
– Кстати, где вы были в одиннадцать тридцать утра в то утро?
– В одиннадцать тридцать? А что?
Он поднял бровь. Дана поняла все правильно.
– Одиннадцать тридцать, – повторила она. – Я делала маникюр перед ленчем у Кэролайн. Кэролайн Мичем.
– Мы знаем о миссис Мичем и ее весеннем рауте. Может, мы и не двадцать седьмой манхэттенский участок, но мы свое дело знаем.
Наверное, детектив Джонсон тоже был поклонником сериала «Закон и порядок».
Дана села на ближайший металлический стул.
– Какое вам дело до того, что я делала тем утром?
Детектив обошел свой стол и указал на монитор компьютера:
– К нам поступила новая информация. Медэксперт установил, что смерть наступила раньше, чем мы думали сначала.
– Не может быть!
Он снова поднял бровь.
– Значит, Китти этого не делала!