— Пишу за номером один. Ограничение использования вербальных триггеров[4] стрессовой ситуации критической рефлексии… Еще что было?
Графиня уже не помышляла о своем графиньском достоинстве, она была изумлена до сползания с диванчика:
— Потом… мы повесили в комнату Элоизы портреты самых известных дам нашего и соседнего королевств, ну знаете, королевы Сиропии, мадам де Шумпадур, баронессы Булыг, княгини Леушки Чернесской…
— Да? А я почему-то думала, что баронесса Булыг — гномка, а князья Чернесские — оборотни?
— Э-э… — запнулась ее графиньство. — Ну, в общем, портреты брабансских, ллойярдских и наших, кавладорских придворных красавиц. Чтобы ей было на кого ровняться…
— Номер два. Моделирование вероятностного события с использованием механизма темпосоциофлексии…
— Простите… — придушенно пискнула Синтия. — А что такое — темпоциосо…фл…кскс…
— Темпо — время, социо — общество, флексо — отражение… «Временно общественное отражение» Как-то так… Продолжайте.
— Потом… была акопунктура.
— Номер три… Точечные тактильные воздействия с помощью… ясно. Дальше.
— Потом… собственно, я не уверена, что это случилось именно потом, потому как началось все сначала, и я теперь не помню, что было до, что было после, что — вместо…
— Короче и конкретней, — потребовала Далия. Страх, что она может не справиться с какой-то плевой задачкой — устроить сеанс экстренного похудания графской дочке, куда-то ушел, так что мэтресса чувствовала себя уверенно, как будто проводила вступительное тестирование с будущим вероятным прогульщиком и двоечником. — Что вы имеете в виду?
— Диету, — ответила Синтия. — Их было много: молочная, картофельная, ллойярдская — вы не представляете, мэтресса Далия, как, оказывается, трудно убедить прислугу встать утром пораньше и наловить бадью-другую свежего утреннего тумана! Еще была диета цинская, химерская — сочетание мясных и немясных продуктов; Элоизочке очень нравилось сочетание котлет и булочек, только после этой диеты она почему-то на восемь фунтов поправилась. Так же мы пробовали на дочери диету пелаверинсую — о, это было настоящее разорение, приходилось кормить ее на золотой посуде, а потом, потому как все полезные свойства золота Элоизочка с каждым приемом пищи съедала, разоряться на новый столовый прибор…
«Вот сволочь,» — подумала Далия в адрес неизвестного пелаверинца. — «Такую прибыльную идею замацал…»
— Потом была диета с апельсинами, — продолжала меж тем заботливая мать. — Мясная, рыбная, рисовая, овощная, яблочная, на простокваше, на рассоле, на тыквенных семечках, на кружочках лунного кабачка, диета республиканская и колхозная, диета отставной актрисы, диета последнего императора…
— Кого? — вырвался вздох изумления у Далии.
— Никаких намеков на наших друзей из Вечной Империи! — в панике замахала руками графиня Росинант. — Это просто поэтическая вольность, чтобы диета показалась будущему голодающему привлекательнее. Лечебное голодание мы тоже, кстати сказать, пробовали. И неоднократно.
— Гипноз? — потребовала ответа Далия.
— Применяли. Не очень помогло: у Элоизы началось снохождение, она, не просыпаясь, вставала, шла в кухню и там съедала все подряд… Когда бедная девочка покусала медный таз для варенья, хранившейся в семье Федерико без малого три сотни лет, мы решили отказаться от этой методы…
— Заколдовать не пытались?
— Пытались. Любые заклинания почему-то действуют не более сорока восьми часов, а потом наступает… как бы это сказать…
— Магическая отдача, — многомудро прокомментировала Далия. — И Элоиза съедает все, что не доела на протяжении сорока восьми часов… Понятно. Кляп не пробовали?
— Пробовали, — печально отозвалась Синтия.
— И что?
— Его она тоже съела… — Графиня печально вздохнула. — Знаете, мэтресса Далия, ведь вы и вправду наша последняя надежда. Мы так много ожиданий связываем с предстоящим браком Элоизы! Мы так хотим, чтобы она была счастлива! вы просто не представляете! — Синтия зашмыгала, достала из декольте крошечный платочек и зарыдала, аккуратно трясясь и элегантно вытирая слёзки. — В последние месяцы Федерико решил, что мы, как родители, должны сами исправить все ошибки воспитания Элоизы, в том числе и ее привычку… м-м… много кушать. Мы так рады, что появились вы! Теперь у Элоизы не будет повода сердиться на меня или на отца! Как хорошо, что вы приехали к нам в Росинант, мэтресса Далия!
Алхимичка выдала еще одну порцию вежливого оскала. Да, уж, приехала так приехала…
— А что с гномами?
Графиня словила легкий амок.
— Гномов… — пролепетала Синтия. — Элоизочка не ела… Никогда в жизни…
— Да я не об этом, — отмахнулась Далия, на всякий случай фиксируя и это откровение любящей маман. — Вчера, когда моя помощница здоровалась с вашим супругом, он как-то странно на нее посмотрел…
[4] Триггер — компонент условной реакции, а именно — специальный раздражитель, который при повторном предъявлении замыкает рефлекторную цепь. Может быть и вербальным, и невербальным. А проще — это именно то слово, услышав которое, ваш волкодав хватает врага за шею, или тот жест, который позволяет вашей жене услышать, наконец, честный ответ, где ж вы были вчера с девяти до полуночи.