Бездомные: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ах, правда! В Цисах.

– Да, в Цисах.

– Ну и как, хорошее место?

– Не совсем.

– Но, надеюсь, выдержать можно?

– Я как раз оттуда уехал.

– Надолго?

– Навсегда.

– Voilа![92] Навсегда… Не люблю я этого слова «навсегда»… Неужели материальные условия?

– Я вам откровенно скажу, Кожецкий: я совсем расклеился. До такой степени, что мне и говорить трудно. Не сердитесь, прошу вас.

– Я уже заметил и прошу прощения. Хорошо, когда человек говорит прямо. В этом я разбираюсь и тотчас улетучусь. Одно словечко: куда вы едете? Может, вам нужны деньги или что-нибудь вроде помощи?

– Нет, нет! А еду я, кажется, в Варшаву.

В то время как он говорил это, ему послышался где-то неподалеку голос Иоаси. Сердце в нем сжалось и глаза остекленели, словно жизнь отлетела из них.

– Я скажу еще несколько слов… – сказал Кожецкий, – и уйду. Можно?

– Разумеется, говорите!

– Гак вот, поезжайте-ка, почтеннейший, со мной в Домбровский бассейн. На долго ли, на коротко – ваше дело. Отдохнете телом и душой, оглядитесь…

– Нет, нет! Я никуда не могу ехать.

– Скажу больше: на одном предприятии там есть вакантное место врача. Вы могли бы похлопотать и получить его. Впрочем – это после.

– Я в Варшаву… – пробормотал Юдым, сам не зная, почему он отвергает это предложение. Прежде всего ему претила необходимость разговаривать с Кожецким. А тот, словно угадав его мысли, продолжал:

– Я не стану ни разговаривать с вами, ни о чем-либо расспрашивать. Ну?

– Нет, нет.

– Где же вы хотите остановиться в Варшаве? В гостинице? Когда человек утомлен и у него с нервами неладно…

– Да у меня нервы в абсолютном порядке! Стану я еще болеть нервами, какими-то там глупыми нервами! Не выношу этого нянчанья с нервностью…

Веки Кожецкого слегка приоткрылись, и легкая усмешка скользнула по лицу. Но тут же исчезла, сменившись необычным на его лице выражением глубокого уважения и внимания. Юдым взглянул на приятеля и почувствовал облегчение. И правда: куда же ехать? Блуждать по улицам Варшавы, подавляя в себе вспышки ненависти и тоски?

– Да ведь я вам жизнь отравлю своей особой… – говорил он уже гораздо менее резко.

– Поедем в разных купе, даже в разных вагонах, если все дело в этом. А там вам отведут комнату, так что вы сможете вовсе меня не видеть.

– Что вы!

– Да ничего я. Знаю, что говорю. Впрочем, у меня есть тут и некоторый расчет.

– Что за расчет?

– Так, есть один.

[92] Вот как! (франц.)