– Один гад пытался заложить в ломбарде возле Кендалл мамино кольцо.
– Тот самый?
– Вероятно. На приемщика морда произвела впечатление.
– Уже что-то, – сказал Джим.
Однако новость его огорчила. Он пустил Сцинка по следу бандита, напавшего на Бренду, рассчитывая, что губернатор окажется разворотливее полиции. Но ломбард – новая зацепка. Теперь вполне возможно, что в погоне за человеком на черном джипе пути Сцинка и детективов пересекутся – вплоть до лобового столкновения. Это не лучший вариант развития событий.
– Наверное, я ужасно выгляжу, – сказала Бренда. – Потому что никогда еще ты не был таким мрачным.
Само собой, Джим переживал, видя бледную, изуродованную Бренду на больничной койке. За время службы он повидал много крови, боли и страданий, но никогда еще его не охватывала такая слепая ярость, как в первый день у постели Бренды. До смешного наивно думать, что правоохранительная система управится с бандитом – толку от нее не будет. Нападавший – отморозок, это стало ясно, после того что он сотворил с Брендой. Этот урод ненавидел женщин или полицейских, а может, и тех и других. В любом случае, он опасен. И выход один – паршивую овцу из стада вон.
Теперь, поразмыслив, Джим пожалел, что начал действовать сгоряча. Когда Бренда вспомнила номер джипа, нужно было играть по правилам и сообщить об этом куда следует. Но он поддался безрассудному порыву и совершил безумную глупость, натравив на бандита губернатора. Бренда поправится, а старинный друг страшно рискует по вине Джима. И остановить Сцинка совершенно невозможно.
– Я хотела кое-что спросить, – сказала Бренда.
– Давай.
– Сегодня приходил детектив из разбойного отдела и еще женщина из прокуратуры. Они не знали о черном джипе.
– Угу.
– Я думала, ты сообщил им номер.
– Я совершил ошибку, Бренда.
– Забыл?
– Нет, не забыл. Я совершил ошибку.
Джим Тайл присел на кровать и рассказал, что он сделал. Бренда вела себя спокойно и говорила о пустяках, потому что пришла сестра делать перевязку. Когда они снова остались одни, Бренда спросила:
– Значит, ты разыскал своего безумного друга. Как?
– Это не важно.
– Он был здесь, в этой палате, и ты нас не познакомил?
Джим усмехнулся:
– Ты была в отрубе, дорогая.
Бренда задумчиво гладила его руку. Потом сказала:
– Наверное, ты действительно меня любишь, раз пошел на это.
– Я напортачил. Извини.
– Проехали. Еще вопрос.
– Валяй.
– Какие шансы, что твой друг поймает гада, укравшего мамино кольцо?
– Очень высокие.
Бренда кивнула и закрыла глаза. Когда ее дыхание стало ровным и спокойным, Джим удостоверился, что это крепкий здоровый сон, а не обморок. Уходя, он поцеловал ее в просвет между бинтами, и тепло щеки его успокоило. Еще он видел, как по ее губам скользнула тень улыбки.