Неужели всё это было просчитано?
Что — «всё»?
Не могу. Даже предположить не могу, что это за план. Сколько у него уровней. Мозгов не хватает. И обстановка как-то не та, чтобы спокойно поразмышлять…
— Здравствуйте, местра Лорцинг.
Стекло, или что там его заменяло, оказалось звуконепроницаемым. Я видела, как двигаются губы рыжей личности, но звук втыкался мне в затылок из динамиков на стене. Виски немедленно заныли.
— Вы не представляете, как я рад вас видеть.
Ещё бы. Блондинка в цепях. Эротичнейшее зрелище.
Он сказал «Лорцинг»? Док Андерс знал, что я Хенце… Этот не из их компании? Или просто так языком болтает?
— Я польщён, — донеслось из динамиков, и рыжеватый улыбнулся.
Одно из двух. Либо это исполнитель низшего ранга, которому так мало платят, что он не может сделать себе нормальные зубы. Либо это настолько большой босс, что ему плевать на собственный имидж. За него скалятся публике профессиональные юристы и дублёры, мишени для киллеров.
Ни то, ни другое в сложившихся обстоятельствах не тянет на истину.
— Мне льстит, что вы позволили мне выиграть этот матч.
Он меня с кем-то путает? Не похоже, что у него ушиб мозга.
— Прошу прощения, но мы вынуждены были так поступить с вами. Вы сами отказались гарантировать нам безопасность.
Я? Им? Гарантировать безопасность?!
— На вас находится живое оружие, — менторским тоном разъяснил рыжий. — Многочисленные несчастные случаи дали основание утверждать, что человек не в состоянии контролировать подобные элементы вооружения с достаточной степенью надёжности.
Арис скосила взгляд. Похоже, рыжий местер её утомляет.
Меня тоже.
— Думаю, вас интересует, зачем и почему вы здесь.
Он выдержал паузу. Это было лишним. Потому что я успела ответить:
— Нет.
Так-то, парень. Ты очень хорошо моргнул, растерянно. Первое дело — оборвать словесные излияния. Теперь ты ещё подумаешь, что дальше. А я тем временем соберусь с духом. Что-то у меня в груди нехорошая дрожь…
— Не интересует? — с нелепой улыбкой переспросил он.
— Все возможные причины известны мне лучше, чем вам.
Он откинулся на спинку кресла и сощурился.
— Вы великолепны.
У рыжего плохо получалось изображать Лучшего Самца. Тестостерона маловато. Вот и Арис со мной согласна.
— Вы тоже, — я улыбнулась. — Могу я узнать, с кем имею дело?
— Пауль.
Врёшь, рыжий. Никакой ты не Пауль. Это и ребёнок бы понял. Впрочем, неважно.