Глаза Эдмунда забегали по сторонам в поисках подходящего пути отступления. Желая выиграть время и при случае обезоружить грабителя, он произнес как можно более спокойным голосом:
– Ну постой, мужик. Я с большим удовольствием дам тебе то, что ты просишь.
Эдмунд похлопал по карману своего плаща, готовясь в следующий момент нанести удар.
Вдруг откуда-то слева раздался дикий вопль, и что-то, пролетев несколько метров по воздуху, врезалось в бандита, заставив его пошатнуться и выронить нож из руки. «Что-то» оказалось подростком, несколько минут назад просившим работу у Эдмунда. Он вцепился в спину грабителя, упавшего лицом вниз на тротуар, и изо всех сил колотил его ногами, перемежая удары грубой бранью.
– Бери! – закричал спаситель Эдмунда. – Нож!
Неожиданно бандит скинул груз со своих плеч и, не поднимаясь на ноги, пополз на четвереньках к своему оружию. Увидев, что нож лежит не более чем в футе от его ноги, Эдмунд наклонился и поднял его правой рукой. Разъяренный грабитель вскочил на ноги и бросился на Эдмунда, однако тут же был остановлен подростком, который схватил нападающего сзади за руки, пытаясь завернуть их за спину.
– Бей его! – заорал он, выкручивая руки грабителя так, чтобы тот не смог защитить ими представлявший превосходную мишень живот. – В брюхо!
Шатающийся бандит выкрикнул проклятия и повел плечами, стараясь освободиться от мертвой хватки висевшего на его руках подростка. Эдмунд увидел, что еще немного – и момент будет упущен. Он отвел правую руку далеко назад, затем неожиданно бросил нож в сторону и, описав кулаком размашистую Дугу, сделал порядочную вмятину на перевязанной щеке бандита. Невероятный по силе удар выбил того из рук мальчика и бросил вниз, головой о мостовую.
Было неясно, кто из них больше удивлен – мальчик или Эдмунд. Они стояли бок о бок и смотрели на мужчину, который лежал без движения на мостовой, лицом вниз. Эдмунд потер костяшки пальцев на правой руке, затем ухмыльнулся и даже тихо засмеялся, радуясь своей счастливой судьбе.
Мальчик, казалось, был ошеломлен происшедшим. Он присел на корточки рядом с телом, потрогал его, затем поднял голову и посмотрел на Эдмунда:
– Вы... я думаю, вы убили его.
– Да, да, убил, ну и что с того? – отозвался Эдмунд, довольный собой.
– Тогда дела плохи, – пробормотал мальчик. Эдмунд вдруг осознал всю реальность случившегося, и улыбка разом исчезла с его лица. Он огляделся вокруг, убеждаясь, что никого нет поблизости, и произнес не своим голосом:
– Он напал на меня с ножом. Ты это видел.
– Да, это так, но...
– Но что?
Подросток медленно покачал головой:
– Но вы его убили.
– Да он же сам пытался убить меня. И с тобой бы он сделал то же самое.
– Я надеюсь, судья будет рассуждать точно так же.
Тут уж Эдмунд испугался не на шутку. Разумеется, какая-нибудь чувствительная старушка полностью бы его оправдала, но система правосудия никогда не отличалась тем, что была чувствительной – или справедливой. Эта система однажды уже чуть было не скрутила Эдмунда в бараний рог, и теперь он не был уверен в том, что подобное не повторится.
– Никто не должен об этом знать, – предложил Эдмунд. – Мы просто оставим его здесь и...
– Полиция начнет разнюхивать все вокруг и расспрашивать каждого, кто работает в вашей компании, – бесцеремонно перебил мальчик. – Его не должны найти здесь – такое не пройдет.
Поднявшись, мальчик на мгновение задумался, затем его лицо посветлело, и он сказал Эдмунду:
– Вы уходите отсюда. Я оттащу его за несколько кварталов – в сторону доков. Они подумают, что тело мертвеца выбросило на берег водой.
– Да... да, так и сделай, – пробормотал в ответ Эдмунд, беспокойно оглядываясь вокруг и желая оказаться подальше от склада как можно быстрее.
Мальчик встал на колени возле головы грабителя и просунул руки ему под плечи:
– Ну, давайте, уходите быстрее.
Сделав несколько нерешительных шагов, Эдмунд обернулся и посмотрел на мальчика, который переворачивал тело на спину, затем, шагнув еще раз и кивнув головой, громко сказал:
– Завтра. Придешь ко мне завтра насчет той работы, о которой ты просил. Мне пригодится смышленый парень вроде тебя.