— Мне страшно, Конан!
Деркэто прижалась к нему, ища защиты. К нему, к человеку, а вовсе не к всесильному Сету! Повелитель Ночи тоже заметил это, но не обиделся и не удивился: для любящей женщины нет никого сильнее возлюбленного.
— Успокойся, милая! — Киммериец обнял ее за плечи.— Запугать противника до боя — почти половина победы!
— Очень хотелось бы верить, что ты прав,— шепотом отозвалась она, еще теснее прижимаясь к своему избраннику.—И все-таки там кроется нечто ужасное.
— Успокойся, ничего особенного там нет. У тебя просто разыгралось воображение…— начал было успокаивать ее Конан, но через мгновение осекся и невольно замер, впившись взглядом в зловещий саркофаг.
— Что с тобой?!
Деркэто, тут же позабыв про собственные страхи, обернулась к киммерийцу, настороженно ловя его взгляд, словно всерьез надеялась найти в нем ответы на все свои вопросы.
— Тихо!
Северянин приложил палец к губам и прислушался. Деркэто замерла, а Сет недовольно нахмурился, но все трое одновременно услышали низкий гул, явно идущий со стороны овального прохода.
— Что это? — Богиня испуганно посмотрела на Конана.
— Не знаю…
Киммериец мрачно покачал головой и взглянул на Сета, но тот лишь пожал плечами. У него тоже не было ответа.
— Это саркофаг,— прошептал вдруг Конан, а Сет, мгновенно поняв, что он прав, взмахнул рукой, и видение погасло.
Как бы повинуясь этому жесту, грозный рокот превратился в страшный рев, и последним, что Конан успел заметить перед тем, как видение окончательно исчезло, был разлетающийся на тысячи осколков саркофаг.
Богиня обернулась к Сету.
— Что это было? — повторила она свой вопрос.
— Сейчас мы все увидим.
Он щелкнул пальцами, и затянувшая овал серая пелена начала понемногу рассеиваться, а сквозь нее снова проступил зал. Серая, как высохшая грязь, пыль, в которую превратился камень саркофага, понемногу оседала, и вскоре на испещренной мелкой вязью мраморной глыбе начала угадываться некая темная масса. Пока еще она не имела определенных очертаний, но время шло, и вскоре стало видно, что это, отдаленно похожее на человека существо.
— Какой он огромный! — ужаснулась Деркэто.
— Ты же говорил, что он вряд ли окажется крупнее меня! — невольно вырвалось у киммерийца.
— Я и сам был уверен в этом! Ты же видел саркофаг! — мрачно огрызнулся Сет.
Повелитель Ночи был хмур. Хотя ему и не предстояло сражаться, богу явно не нравилось то, что происходит. Некоторое время Сет и Конан смотрели друг на друга, пока сдавленный вздох Деркэто не заставил обоих разом обернуться.
Пыль уже осела, и теперь существо можно было рассмотреть. Посланец и впрямь оказался огромным. Конан прикинул, что, остановись он рядом, макушка его едва ли достала бы до подбородка зверя, ибо человеком назвать это чудовище язык не поворачивался.
И он был ни на что не похож! Больше всего тело Посланца напоминало куклу из непропеченного теста. Казалось, кто-то вылепил этого монстра, и он, уже попав в саркофаг, начал раздуваться, все увеличиваясь, пока саркофаг не выдержал и не разлетелся в пыль.
— Я говорил, что Высокие попытаются получить преимущество любым доступным способом,— вздохнул Сет,— но такой мне просто в голову не пришел.
Конан хмуро молчал. Какая разница? Что случилось, то случилось. Ничего здесь не изменишь, а значит, надо не вздыхать, а думать, что теперь делать. Киммериец снова посмотрел на стоявшего в середине зала урода.
Его тело как бы состояло из бугристой вспененной массы, но выглядело невероятно массивным, и северянин понял, что тварь необыкновенно сильна. Впрочем, в этом-то он не сомневался с самого начала. Гораздо больше тревожило его другое. Сет верно сказал, что вряд ли Посланец прихватит с собой оружие, но теперь киммериец видел, что, хотя Повелитель Ночи и оказался прав, это не имело ни малейшего значения.
Его невероятно длинные руки имели всего по два пальца, зато каждый из них заканчивался мощным изогнутым когтем, из-за чего кисти больше походили на клешни гигантского краба, способные без особых усилий перерезать человека пополам.
Спину, шею и голову надежно прикрывал толстый панцирь, усеянный короткими, но острыми шипами, исключавшими саму мысль о нападении сзади. Уродливая башка чудовища без всяких признаков ушных раковин была сильно вытянута вперед, напоминая обезьянью морду, с той лишь разницей, что рассвирепевший харанг-у-тхан мог считать себя писаным красавцем по сравнению с Посланцем Высоких Богов!
На верхней челюсти поблескивали великолепные крепкие зубы, нижняя сильно выступала вперед, и два мощных клыка кинжалами торчали вертикально вверх. И, наконец, у чудовища был только один глаз. Впрочем, второму просто негде было бы поместиться на узкой морде.