Влюблённые из Хоарезма: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну вот,— продолжал Юлдуз,— Харра разбирался с Бахрамом, а мы обошли озеро и к ночи нашли четыре свежих трупа, порванную сеть и следы крови на траве. Что есть духу, мы помчались в город — но было уже поздно, и ворот нам, конечно, не открыли. Ночь мы просидели у костра, а едва рассвело, были уже в Хоарезме. Никаких определенных планов у нас не было, мы просто не могли сидеть на месте. Ты был где-то в темнице у Мардуфа — вот все, что мы знали.

Рута предоставила нам весь второй этаж своей таверны, мы засели там и начали строить планы. А в полдень услышали оглашенный на всех площадях приговор злоумышленнику с севера, не чтящему законы Пророка, а поклоняющемуся нечистому духу по имени Кром. Мы сразу догадались, кого велел уморить в Башне проклятый Мардуф. Перед праздником Тарима запрещено проливать кровь, иначе бы он просто казнил тебя на месте. Мы вернулись в усадьбу и принялись придумывать план побега. Мы, несомненно, сумели бы справиться со стражами всем отрядом, но потеряли бы время. Из дворца выскочила бы подмога, и, освободив тебя, мы не ушли бы живыми. Я сумел втолковать все это Харре, и он согласился, что надо действовать хитростью. Он хотел идти со мной, но как бы я его взял, сам посуди? А так никто и не заметил, что птичка выпорхнула из клетки, — добавил он, посмеиваясь.

— Выстоял бы я против стражей, нет ли, но я благодарен тебе за неожиданное спасение, Юлдуз,— ответил Конан не без торжественности в голосе.— Лети со своей милашкой в Кхитай и будь счастлив… Смотри-ка! Это не озеро ли уже под нами?

Огромное чистое зеркало расстилалось под летящим ковром. Они скользили над ним так низко, что слышно было, как играла в воде рыба. Небо светлело, то здесь, то там слышались голоса просыпающихся птиц.

Перелетев озеро, Юлдуз опустил ковер невдалеке от усадьбы.

— Побудь с ним пока здесь,— попросил он Конана.— Он долго лежал без дела, и теперь склонен к озорству. Окунется в воду, отяжелеет, и никуда мы не улетим.

Киммериец кивнул и уселся на коврик, пригвоздив его к земле тяжестью своего огромного тела. Тот горестно поплескал углами вслед уходящему Юлдузу, но без волшебных слов не мог сдвинуться с места.

Конан погладил его, как погладил бы лошадь или собаку.

— Сиди смирно, пестрая шкура! Хозяин скоро вернется.

Не успело еще Око Эрлика выкатить из-за деревьев, как на берегу появились Юлдуз и Фейра. Девушка, недолго думая, бросилась Конану на шею.

— Если бы не ты, никогда мне не видать моего счастья!— восклицала она.— Сами боги привели тебя в наш дом, о Конан из Киммерии!

— Скорее уж, Мишрак ибн Сулейн,— ухмыльнулся Конан.— Ну, вы собрались? Надеюсь, вина и еды у вас вдоволь?

— Да, я уж давно все приготовила,— кивнула Фейра, указывая на две большие переметные сумы, которые с трудом волок на плече Юлдуз.— Я вас всю ночь прождала. Твои люди тоже не спали: я слышала, как они бродят по двору.

— Ничего, я их быстро призову к порядку. Да всыплю, как следует Харре за то, что не дал выспаться отряду,— весело отозвался Конан.— А вы летите. Вон уже солнце встает. В Праздник Пророка люди поднимаются рано, как бы вас не увидели.

Молодые послушно уселись на ковре, пристроив рядом сумки, и Юлдуз произнес трижды свое кхитайское слово, прозвучавшее, как звон спущенной тетивы.

Ковер медленно поднялся над озером…

— Удачи!— крикнул Конан, вскинув вверх сжатый кулак.

— Прощай!— закричали муж и жена в один голос, и Фейра помахала рукой.— Будь счастлив!

Ковер набрал высоту, став едва заметной точкой в безоблачном синем небе, и улетел в сторону солнца.

Известно, что уходящий уносит с собою лишь треть разлуки, оставшийся же принимает на себя две трети. Эти двое улетели в новый, сулящий им золотые горы край, оставив заботы и огорчения прошлого в старом доме, словно ненужную утварь. Они улетели, а киммерийца Конана ждал новый день, полный обычных забот и тревог начальника отряда, на которого возложена тяжелая тайная миссия, от исполнения которой зависит судьба целого государства. Киммериец встряхнулся и зашагал к усадьбе.

— Харра, вырви Нергал твою печень!— загремел его голос еще от масленичной рощи.— Вы в казарме или в веселом доме? Что здесь такое творится, я вас спрашиваю, сборище толстобрюхих байбаков!..

Но продолжить ему не удалось. На него налетели, едва не сбили с ног, облепили и затормошили. Хвала богам, это перемежалась самой черной бранью, и громче всех был восторженный рев Харры, поминавшего Эрлика, Крома и всех прочих небожителей и демонов. Случайный прохожий, услышь он эти разноголосые вопли, решил бы, что этой ночью целый пантеон как светлых, так и темных сил, объединившись, вызволял из страшной беды какого-то легендарного героя.

— Да слезьте вы с меня!— отплевывался Конан.— Бешеный шакал вас покусал, или тарантулы ужалили в голые задницы? Мало мне Мардуфа, теперь мой собственный отряд вознамерился сжить меня со свету! А ну, строй-ся!— рявкнул он, наконец, во весь голос.

Привычная команда возымела действие. Орущий и машущий руками клубок распался и превратился в более-менее ровный строй. Конан перевел дыхание.

— Животы втянуть! Что за вид? Вы всю ночь кувыркались в соломе? Где твои сапоги, Фархуд? Чалмы грязные, шлемы не чищены! Через колокол начало Церемонии Десятого дня, а у вас такие рожи, будто вы пили три дня без просыпу! Харра, ты сегодня будешь чистить конюшню. Один. Я оставлял на тебя отряд, а вернулся в барсучье логово!

Харра пробормотал что-то, ухмыляясь во весь рот. На остальных брань ун-баши тоже, видимо, не произвела должного впечатления, потому что после команды: «Марш в воду, глаза б мои вас не виделись — весь отряд помчался к озеру с хохотом и гиканьем.

— Харра, останься,— велел Конан. Первый помощник, все так же ухмыляясь, подошел к нему.— Есть у нас что-нибудь пожрать? Клянусь Кромом, я голоден, как волк с ванахеймских ледяных равнин.

— Сейчас все будет,— ответил Харра и, выставив перед командиром полный кувшин вина, ушел к кухне.

Только сделав первый глоток, Конан понял, как хотел пить все это время. Он выпил, не отрываясь, уже почти половину кувшина, когда Харра принес холодную баранину, лепешки и урюк.

— Рассказывай,— потребовал он, сгрузив все это на стол.