Адмирал Ушаков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

8 августа Ушаков подходил к Варне, готовясь напасть на неприятеля. Вдруг были замечены две кирлангичи, отделившиеся от берега и смело идущие прямо на русский флот. Навстречу им вышли крейсеры. Скоро в сопровождении их кирлангичи подошли к борту флагмана и передали Ушакову извещение Репнина о подписании перемирия и приказ прекратить военные действия и возвратиться к своим портам.

Больше делать было нечего. Ушаков, пройдя вдоль румелийского берега до Дуная, 20 августа вернулся с флотом в Севастополь.

После сражения под Калиакрией Турция вынуждена была признать полное и окончательное поражение своего флота на Чёрном море и тщетность попыток возвратить северное Черноморское побережье.

Отныне на юге соотношение военно-морских сил изменилось в пользу России. С победой при Калиакрии русский флот стал господствовать на Чёрном море.

Благодаря огромной энергии Ф. Ф. Ушакова на Чёрном море был создан боеспособный военно-морской флот. Невысокое качество кораблей возмещалось в бою точными, быстрыми и хорошо слаженными действиями экипажей и особенно высоким мастерством канониров.

Переговоры с Турцией о мире тянулись долго. Потёмкин требовал уплаты контрибуции в 32 миллионов пиастров, признания за Россией Очакова и земель от Буга до Днестра. Турки под влиянием интриг английского посланника Энсли и особенно прусского Дица, тщетно пытавшихся сорвать переговоры, медлили с подписанием мира.

Потёмкин не дожил до заключения мира, 5 октября 1791 г. он внезапно скончался на пути из Ясс в Николаев. Для ведения переговоров был назначен А. А. Безбородко, который успешно повёл переговоры, закончившиеся 29 декабря 1791 г. подписанием в Яссах мирного договора.

Ясский мирный договор подтвердил постановления Кучук-Кайнарджийского трактата, признал присоединение Крыма и Тамани к России и передал России Очаков и все земли до Днестра.

Таким образом, четырёхлетняя война 1787–1791 гг. закончилась окончательным и прочным утверждением царской России на всём северном Черноморском побережье от Кубани до Днестра, приобретением права держать военно-морской флот в Чёрном море и проводить торговые корабли через проливы Босфор и Дарданеллы.

Чёрное море перестало быть «турецким озером», вместе с приобретением необходимого для России выхода к морским путям на юге были утверждены и обеспечены исконно русские границы.

Глава VII

Ф. Ф. Ушаков и строительство Черноморского флота после Ясского мира

По окончании войны флот вернулся в Севастополь. Предстояли большие работы. Почти все корабли нуждались в капитальном ремонте. Однако плодотворная деятельность Ф. Ф. Ушакова на флоте после Ясского мира была чрезвычайно затруднена. К управлению Черноморским флотом, используя свои связи при дворе, вернулся вице-адмирал Н. Мордвинов. За ним потянулись его сторонники.

Это были адмиралы старой школы, погрязшие в рутине, убеждённые противники нововведений на флоте.

С косностью Мордвинова, Войновича, де Рибаса и других Ушакову, как мы видели, приходилось бороться ещё в 80-х годах. И вот теперь Мордвинов снова оказался во главе Черноморского флота, став непосредственным начальником Ушакова.

Однако Мордвинов бессилен был отнять или хотя бы умалить славу Ушакова.

Обойтись без него он тоже не мог. Не было в русском флоте тогда равного Ушакову по опыту, знаниям и таланту.

В ходе борьбы за Чёрное море флот сыграл исключительную роль. Несмотря на большие финансовые затруднения во время войны, Потёмкин изыскивал средства и удовлетворял нужды флота. После Ясского мира материальное положение Черноморского флота сильно ухудшилось.

Назначенный в августе 1793 г. главным правителем Екатеринославской губернии и Таврической области Платон Зубов, хотя и обещал всемерную поддержку флоту, на деле же мало заботился об его укреплении.[214]Отпущенные по бюджету денежные средства Черноморское адмиралтейское правление получало очень неаккуратно. За три года, с 1792 по 1795, государственное казначейство не додало Черноморскому флоту 8 394 360 рублей[215].

Мордвинов, чтобы досадить Ушакову, отпускал ему из полученных сумм самое незначительное количество денег и создал в Севастопольском флоте такое положение, что зимой 1795–1796 гг. нечем было кормить матросов. Екатерина II потребовала от Мордвинова объяснения, «от чего сие последовало» и почему этот «недостаток не был отвращён заблаговременно»?[216]. Мордвинов оправдывался ссылками на общие трудности после войны.

Ф. Ф. Ушаков смело обличал Мордвинова в невнимании к нуждам Севастопольского флота и не раз заявлял, что благодаря ему «флот противу прежнего упадает и приходит в ветхость»[217]. Это было тем более недопустимо, что в конце 1792 г. из Константинополя стали поступать известия о подготовке турецким адмиралтейством флота «в знатном количестве судов» якобы для усмирения восставших вассалов в Египте и других местах Оттоманской империи. На самом же деле Порта замышляла внезапно напасть на черноморские порты и истребить в них русский флот. «Хотя и не можем почитать сего за основательное по слабости и истощению турков от войны для них бедственной, — писала Екатерина в секретном указе Мордвинову 23 ноября 1792 г., — не меньше однакож находим благовременно принять надлежащую осторожность и поставить себя в полную готовность не токмо к ограждению подобных покушений, но и к обращению оных в вящий собственный вред туркам распространением на водах и твёрдой земле наших успехов»[218].

Екатерина II потребовала от Мордвинова, не ожидая присылки денег, местными средствами привести парусный и гребной флоты в исправность, «дабы отнюдь не быть неготовыми против неприятельских намерений». Она предписывала Мордвинову принять меры к усилению защиты портов и особенно Севастопольского.

Общее руководство строительством укреплений на юге поручалось А. В. Суворову. Он тогда был назначен главнокомандующим войсками Екатеринославской губернии и Таврической области.

Тревога за безопасность границ на юге не проходила. Русский поверенный в делах в Генуе Лизакевич сообщал, что Французская буржуазная республика, с целью помешать участию Екатерины II в контрреволюционной коалиции, склоняла Порту вступить в союз с Францией и объявить войну России, обещая выделить эскадру из десяти кораблей и пяти фрегатов для совместных действий в Чёрном море[219].

В это время Ушаков находился в Петербурге. Екатерина II вызвала его в столицу на короткое время, желая посмотреть на черноморского героя, стяжавшего себе и флоту громкую военную славу. Она увидела в нём строгого, слегка угрюмого и неразговорчивого моряка, корабельные пушки которого куда красноречивее говорили, чем он сам. Хотя Ушаков был принят ласково, но в Петербурге он долго не задержался. В мае 1793 г. Ушаков вернулся в Севастополь к своему любимому флоту.

2 сентября 1793 г. Екатерина II за исключительные военные заслуги произвела Ф. Ф. Ушакова в вице-адмиралы, оставив его в прежней должности командующего Севастопольским флотом и начальника порта.

Возвратившись в Севастополь, Ушаков получил от русского поверенного в делах в Константинополе полковника Хвостова письмо, в котором сообщалось о засылке капудан-пашой шпионов в черноморские порты, а также о том, что в Константинополь беспрестанно прибывают войска, которые спешно отправляются в Анапу, Измаил, Браилов и Варну для исправления и укрепления крепостей. Туда же посланы были недавно прибывшие из Франции четыре инженера[220]. Эти данные Ушаков сообщил Мордвинову. Для борьбы с шпионажем были приняты срочные меры.

Помимо военного шпионажа, дворянско-крепостническое правительство Екатерины II особенно боялось распространения в армии и флоте революционных настроений. Поэтому принимались строжайшие меры к пресечению малейшей агитации в войсках и среди населения. Гражданское население, жившее в районе Севастопольского военного порта и Адмиралтейства, было выселено[221].

Напряжённая международная обстановка заставила срочно укреплять Черноморский флот. В первую очередь были приняты меры к увеличению личного состава. Зимой 1793 г. по указу Екатерины II в Черноморский флот были отправлены из Адмиралтейств-коллегии 123 лейтенанта и мичмана, 209 шкиперов, подшкиперов, штурманов, боцманов и «другого корабельного звания чинов», 1 400 старослужащих матросов «первостатейных и второстатейных, каждого по равному числу», около 90 лекарей, подлекарей и лекарских учеников.

[214] «Материалы», ч. XV, стр. 482.

[215] Там же, стр. 438.

[216] Там же, стр. 477.

[217] Там же, ч. XVI. стр. 155.

[218] Там же, ч. XV, стр. 426.

[219] «Материалы», ч. XV, стр.128, 429–431.

[220] «Материалы», ч. XV, стр. 434–436.

[221] Там же, стр. 459.