— Итак, — протянула Крапива. — Ты его поцелуешь?
— Не знаю, что буду делать, — Аврора прикрыла глаза.
— А что бы ты хотела?
Это был такой простой вопрос, и всё же она не могла ответить.
— Я не знаю.
— Знаешь, просто не хочешь принять.
— А должна?
— Ты ничего не должна. Но, думаю, это поможет. Он не изменит то, что ты делаешь, но врать себе… Оно того не стоит, думаю.
Четырнадцать
Вторая роза ждала Аврору на подушке, когда она вернулась в комнату. Красная, как кровь, с одним шипом на стебле — и с половиной оторванных лепестков.
И никакой записки.
Было ли это сообщение, комментарий, что она ближе к истине? Или издевательство над попытками Авроры? Последняя роза появилась, когда Аврора начала контролировать магию. Может, она появилась, потому что Аврора начинает выяснять, что собиралась сделать Селестина?
Аврора порвала лепестки, позволяя им падать на землю. Она прошла по ним, приближаясь к окну, и выбросила туда голый стебель.
Если Селестина хотела её испугать, то надо будет придумать что-то посерьёзнее.
Но Аврора моталась в постели всю ночь, сердце колотилось огнём. Казалось, она чувствовала биение сердца в кулоне, шёпот в нём. Она представляла Финнегана рядом в темноте, его руку на её бедре, губы так близко, что она чувствовала дыхание.
Она представляла себе, и кулон с драконом согревал кожу.
Аврора проснулась от стука в дверь.
— Да? — отозвалась она прежде, чем успела подумать, убрала волосы с лица и села.
Финнеган прошёл сквозь дверной проём.
— Доброе утро, Спящая Красавица. Надеюсь, ты столь же хороша.
Она посмотрела на него, притягивая к себе одеяло.
— Слишком рано, Финнеган. Что ты забыл в моей комнате?
— Моя дорогая мама тебя вызвала. У неё есть какие-то новости, полагаю, или она хочет быть уверена, что мы ещё не сотворили хаос.
Аврора вылезла из постели, перебирая пальцами волосы.
— Ты не мог послать за мной слугу?
— И пропустить это восхитительное зрелище? Ни за что! Впрочем, одевайся быстрее. Мама кажется случайной, но это не так.
— И что, она хочет видеть меня так рано утром? — спросила она, когда подошла к шкафу и вытащила первое увиденное платье.
— Я говорил, что не знаю.
— Теперь я слишком часто от тебя это слышу, — она повернулась к нему лицом, прижимая платье к груди. — Иди в коридор, я переоденусь.
— Если ты настаиваешь…