Подняв ко рту руки, он перекусил шнур и освободил запястья.
– Ты заплатишь за это, – сказал даймон-мужчина, двинувшись к нему.
Теперь уже со свободными руками, Вэйн сделал сальто назад, снова ныряя в болото. Он продолжал погружаться в темные глубины, пока не выломал кусок из ствола похороненного здесь упавшего дерева. Потом метнулся назад к тому месту, где силой удерживали Фанга.
Вынырнув из воды прямо рядом с братом, он обнаружил с десяток даймонов, сосущих его кровь. Отшвырнув назад одного и схватив за шею другого, Вэйн воткнул самодельный кол в сердце даймона, отчего тот мгновенно рассыпался в прах.
Остальные развернулись к нему.
– Встаньте в очередь, – прорычал Вэйн. – Желающих вокруг хватает.
Ближайший к нему даймон засмеялся.
– Ты не можешь использовать свои силы.
– Скажи это гробовщику, – ответил Вэйн и бросился на него. Даймон отскочил назад, но недостаточно далеко. Обычно он сражался с людьми и не принял во внимание, что Вэйн был способен прыгнуть в десять раз дальше.
Вэйну не нужны были его психические способности. Звериной силы было достаточно, чтобы закончить это. Он ударил даймона и когда тот рассыпался, развернулся к остальным.
Они бросились на него скопом, но это не сработало. Сила даймонов наполовину состояла из их способности нападать без предупреждения, заставляя жертву запаниковать.
Это могло бы сработать и сейчас, если бы Вэйн, будучи так сказать «родственником» даймонам, не изучал эту стратегию с колыбели. У них не было ничего, что заставило бы его запаниковать.
Их тактика только добавила ему спокойствия и решимости.
И, в конечном счете, победителем будет он.
Вэйн проткнул своим колом еще двоих, но Фанг в воде все еще оставался недвижим. Его начала охватывать паника, но он подавил ее.
Оставаться хладнокровным – единственный способ выиграть битву.
Он снова скатился в воду от взрыва, вызванного одним из даймонов, наткнулся на пень и застонал от боли, прострелившей спину.
По привычке он хлестнул в ответ своей энергией и почувствовал, как сжался воротник, и его тряхнуло. Чертыхнувшись от новой волны боли, он сосредоточился на другом.
Поднявшись, он атаковал двух мужчин, подобравшихся к его брату.
– Сдавайся уже, – зарычал один из них.
– Почему не ты?
Даймон бросился на него. Вэйн нырнул и оттолкнул от себя его ноги. Они боролись в воде, пока Вэйн не воткнул кол ему в грудь. Остальные побежали прочь.
Вэйн стоял в темноте, прислушиваясь к удаляющимся шлепкам. Грохот сердца отдавался у него в ушах, он позволил гневу поглотить себя и, отбросив голову назад, завыл по-волчьи. Отголосок этого воя устрашающе пронзил туман заболоченного рукава реки.
Нечеловеческий и зловещий, этот звук способен был заставить поскорее спрятаться даже приверженца Вуду.
Уверившись, что даймоны ушли, Вэйн убрал с глаз волосы и начал пробираться к Фангу, который не двигался.
Горло сдавило от горя, он спотыкался в воде как слепой, в голове билась только одна мысль. Будь живым.
Снова и снова в памяти возникало мертвое тело сестры. Он кожей чувствовал исходивший от нее холод. Нет, он не мог потерять их обоих. Просто не мог.
Впервые в жизни ему захотелось услышать одно из тупых замечаний Фанга.
Хоть что-нибудь.
В его мыслях возникла череда образов. Он вспомнил смерть сестры от рук даймонов, случившуюся за день до этого. Его разрывала невообразимая боль. Фанг должен быть жив. Он должен.