Джоах выпрямился.
— Смотри, — сказала Кесла. Рукой она обвела корабль. На некотором расстоянии от них вспыхнуло слабое мерцание, с севера и юга.
— Что это?
Кесла протянула ему бинокль. Джоах настроил его на странные огни. Усиливаясь, незатухающее свечение распалось на тысячи мерцающих змеек, взмывающих из-под листьев и цветков, сходящихся в одну точку.
— Поле — один громадный вьюн, — проговорила Кесла. — Его стебли высасывают энергию где угодно, перекачивая ее в пустующие бутоны, будто корни, насыщающиеся водой.
— Матерь всемогущая! — У Джоаха при этих словах свело живот.
— Как только они доберутся сюда, цветки будут вновь способны к атаке. Мы окажемся в ловушке.
Джоах опустил бинокль и развернулся. Они уже зашли далеко в гущу поля. Слишком поздно поворачивать корабль и отступать.
Снова повернувшись, Джоах задумался. Вдалеке огненное извержение медленно затухало. Сайвин и Рагнарк, должно быть, добрались до противоположной стороны поля. Джоах оценил расстояние. Не меньше двух лье. Он бросил взгляд на север и на юг. Пламя стремительно двигалось в их сторону.
Джоах покачал головой. Они не успеют вовремя.
Он оттолкнулся от перил.
— Куда ты собрался? — крикнула Кесла.
— Предупредить Ричальда! Нужно увеличить скорость! — Джоах силился не свалиться с ног под бушующим с кормы ветром. Он склонился под его порывом.
— Позволь мне! — проговорила Кесла. Она легко отбежала от поручня, будто никакого ветра не было, и устремилась вперед, уверенно ступая по сотрясающейся палубе. Добравшись до лестницы на среднюю палубу, она махнула ему рукой. — Наблюдай! — После чего скользнула вниз по лестнице.
Через мгновение Джоах снова увидел ее, бегущую по средней палубе к вздыбленной корме. Он наблюдал за ней. Девушка была не только быстронога, у нее была грация лесной кошки. Смягчаясь, Джоах позволил ветру уволочь себя обратно к поручням.
На противоположной стороне змеиные ростки огненной энергии, кривясь, подползали к ним. Один цветок выпустил копье света в правый бок корабля. Он взлетел под углом, разлетевшись брызгами о корпус. Хоть и горячий, один цветок был не в состоянии прожечь корабль, но вскоре их число должно было неимоверно возрасти. Пока свечение охватывало землю под кораблем, новые колонны пламени разряжались в небе по обеим его сторонам, порождая лес сверкающих столбов.
Пока Джоах наблюдал, все больше и больше цветов накалялось.
Сайвин повела своего дракона к плоскогорью песчаных камней. Рагнарк уселся на скалистый выступ, восстанавливая дыхание.
Как только он вцепился когтями в насест, морщась, Сайвин начала тереть правую руку, но жгучая боль не унималась. Она взглянула на крыло дракона. Рагнарк слегка оттопырил его в сторону, словно раненая чайка. Край все еще дымился. Густой запах прожженной шкуры дракона наполнил ночной воздух.
К счастью, это был всего лишь отраженный удар. Им повезло обойтись столь малыми потерями. Вьюн жестоко бился, стреляя и гоняя их по всему небесному своду. Пока они летели, растение, казалось, разобралось в их непонятной тактике, предугадывая их движения. К счастью, они добрались до конца поля быстрее, чем вьюн научился охотиться на драконов.
— Корабль идет, — проговорил Рагнарк.
Сайвин изогнулась. Над полем в ночном небе она заметила «Неистового орла». Медлительному кораблю угрожало нападение.
— Матерь всемогущая…
Световые побеги рассекли небо. Пока она наблюдала, огонь угодил в паруса, и они вспыхнули, словно промасленный факел.
— Мы должны помочь им, — вымолвила Сайвин.
— Не могу, родная. — Рагнарк попытался поднять крыло. Она почувствовала судорогу, охватившую ее собственную руку. — Слишком далеко…
Сайвин тяжело вздохнула. Огненный удар оказался хуже, чем она думала.
— Я подвел тебя, родная. — Тоска, охватившая его сердце, была еще хуже, чем сведенное судорогой крыло.
Сайвин наклонилась и погладила его шею.
— Нет, мой дракон. Нет. — Она смотрела на осажденный корабль, пылающее облако в ночном небе, и молилась за него. Это было все, что она могла сделать.