Кто стучится в дверь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Нож подвернулся вовремя.

Экспертизу провели молниеносно, и вот теперь-то глаза пришлось вытаращивать абсолютно всем, кто этим делом занимался.

Никто не верил, что убийство чина может быть связано с убийством иконописца, наоборот, все понимали, что священник неудачно подвернулся под руку – ведь это каким надо быть далеким от мирской суеты, чтобы лезть к дерущимся с проповедями?! Но факт оставался фактом: найденный нож был не просто похожим на тот, которым убили художника, это был именно тот нож! На нем обнаружились следы крови Игоря Ледовских…

…Следователь Кайдановский, ведущий дело о письмах с мышьяком и объединенное с ним дело о покушении на убийство депутата Александрова и убийстве его жены, в последнее время столкнулся с некоторыми затруднениями. Ему-то самому все было ясно, но вот суд – примет ли он эти доказательства, не станет ли цепляться за неувязки, которых, откровенно говоря, накопилось немало?

Расколоть Фатеева на признание было невозможно. При этом он ничего не отрицал. Не говорил ни «да», ни «нет», доводя следователя до белого каления.

«Может, тебя подставили?» – спрашивал Кайдановский, стараясь, чтобы в голосе звучало дружеское участие. Фатеев неопределенно качал головой.

«Может, кто-то еще был? Ты не один убивал?» – тон становился совсем родственным. Снова непонятное кивание.

«Да ты будешь говорить, скотина?! Тебе пожизненное дадут, понял?!» – поскольку народа в прокуратуре не хватало, следователь был вынужден играть за двоих: за доброго и за злого.

Фатеев молчал, ничего не объяснял. Не говорил, почему его машина в обоих случаях была на месте преступления, что он вообще делал в Москве, зачем сидел в кафе, откуда взял конверты.

Но не объяснял он и другое. Этого другого за последние дни стало до неприличия много. Выяснилось, что в кафе за него платил молодой человек, хорошо одетый и загорелый – это вспомнил официант. Этот же человек, по крайней мере, один раз приезжал к Фатееву в Троицк – его видела соседка. Более того: сестра подозреваемого вдруг вспомнила, что однажды слышала телефонный разговор Фатеева с неизвестным человеком. Они говорили о покойной Ирине. Фатеев при этом оправдывался, а после телефонной беседы раздраженно сказал сестре, что его специально заводят!

В общем, суд мог и придраться. Кайдановскому намекнули, что признание из Фатеева надо выбивать во что бы то ни стало.

…Еще хуже было тем людям, которые занимались нападением на Анюту. Вначале они бодро принялись за дело и даже проверили по просьбе полковника Левицкого возможные связи с убийством Игоря Ледовских и, прежде всего, версию о большом наследстве. Вначале они, как и все остальные, ничего не нашли. Никаких признаков денег в жизни художника никогда не наблюдалось. Только священник Крестовоздвиженской церкви – но он же далекий от реальной жизни человек! – мог всерьез утверждать, что у Игоря Ледовских были три миллиона долларов.

Этот самый Игорь Ледовских был нищим. У него почти не было вещей. За исключением книг, красок и учебников по истории искусства, все, абсолютно все у этого иконописца было казенным.

Затем, при более глубоком изучении, обнаружились некоторые странности. Нищим-то он был нищим, но вот, например, взял и год назад оборудовал в соседней школе целый зал для занятий музыкой! Купил пианино, японский синтезатор, караоке, несколько хороших гитар и саксофон. И ремонт сделал! Чем-то там правильным стены обил. Сцену сколотили рабочие, которые до этого занимались ремонтом репетиционного зала Российского национального оркестра! Правда, он им не платил. «Кажется, деньги нам выдал директор фонда оркестра, – стали припоминать они. – Наверное, он как-то с этим художником по бартеру договорился».

«По бартеру?!» – изумился следователь. Директор фонда Российского национального оркестра версию бартера сразу опроверг, но и вспомнить, кто платил рабочим, тоже не смог. «Кажется, кто-то из наших благотворителей… Да, скорее всего».

Дальше – больше. Оказывается, еще два года назад Ледовских посылал в родной интернат деньги на новые парты и компьютеры, в соседний детский дом купил несколько швейных машинок (чтобы девочек учили шить), два видеомагнитофона и пятьсот прекрасных книг для библиотеки.

Дарил он также свои и чужие картины (потом выяснилось, что одна из них – не его, а известного художника – очень дорогая: не меньше пяти тысяч долларов), дарил холсты, картон, пластилин, краски, фломастеры – у следователя голова начала кружиться от перечисления всех этих подарков.

И это при том, что никаких следов денег по-прежнему не было нигде!

К тому же, все это было размазано по годам, по всей его жизни. Казалось, что он ел один хлеб, пил одну воду, а все заработанное тратил на чужих людей. Ну что ж. Бывают такие чудаки…

«Ну и Бог с ним! – не выдержал следователь. – Мне-то какое дело?»

Он и правда занимался не Игорем, а Григорием Ледовских.

С одной стороны, на виновность этого бывшего студента указывало наличие в квартире Анютиной сумочки. С другой стороны, человек, который ударил Анюту по голове, был высокого роста, а брат художника – среднего. Кроме того, Анютино утверждение, что Григорий Ледовских незадолго до нападения купил машину, оказалось ложным. Ничего этот Григорий не покупал. Никаких сделок не совершал. И хотя соседи припоминали, что импортный автомобиль вроде бы появился у них во дворе, но появился он только на полдня. Вроде бы Григорий Ледовских вышел именно из него, а вроде бы и нет…

Спросить бы его самого, но парень натурально исчез. Его не было ни у друзей, ни у подруг, ни у матери, ни у тетки. Билетов на самолет или на поезд он не покупал. Если из города выехал, то либо на электричке, либо на машине…

Надо было организовать засаду в Сергиевом Посаде, но от этой мысли пришлось отказаться. Квартиру его матери на днях ограбили. Ничего ценного не унесли (да там нечего и брать-то было), но разворотили знатно. Женщина лежала с сердечным приступом. Следователи ее пожалели.

Так что одни сотрудники правоохранительных органов праздновали победу, другие собирали недостающие улики, третьи готовились к долгому и, возможно, бесперспективному расследованию.

Татьяна – двадцатитрехлетняя выпускница института менеджмента и права, немного заторможенная девушка с модельной внешностью – не ожидала, что поиски работы окажутся такими изматывающими.

Вначале все, казалось, сложилось успешно. Крупная фирма взяла ее менеджером. Обещали хорошую зарплату, беспроцентные кредиты, только надо было испытательный срок отработать за сто долларов в месяц. «У вас же нет опыта! – ласково сказала менеджер по кадрам. – И институт вы закончили какой-то…» – тут менеджер весело поморщилась. Что ж, это было справедливо. Институт и правда был не ахти: туда она пошла потому, что в хорошие, государственные вузы не попала.

Через месяц контракт с ней не продлили. Она переживала, конечно, поскольку на работе очень старалась. Но ее денежная ситуация не предоставляла времени, чтобы со вкусом и обстоятельно пожалеть себя. Татьяна снова купила газету «Работа для вас».

Следующий испытательный срок ее не насторожил, не насторожил и третий. Она согласилась даже на четвертую вакансию, где и ста долларов не предложили. Сказали: «Бесплатно обучим». А в чем заключалось это обучение? В том, что она выполняла работу рекламного агента, сидела на телефонах, жалобно уговаривала, и все это за бесплатно, то есть не получая положенных в таких случаях пяти или десяти процентов.

Разумеется, после «обучения» на работу ее не взяли.