Трент многозначительно посмотрел на Джейсона, как будто догадался, что Изабелла лишилась подпитки энергией. Мальчики встали и направились за Гэйвеном.
На втором лестничном пролете старший Маг остановился, пытаясь уловить хоть какие-то признаки Элеоноры. По коридору загремели шаги, и он быстро притянул ребят к стене, укутал их вместе с собой темной тенью. Маги затаили дыхание, когда мимо них прошли трое солдат, о чем-то споря между собой. Солдаты ничего не заметили, поскольку не обладали нужными навыками. Трент вышел из-под плаща Гэйвена, наклонился и поднял что-то невидимое с пола, держа между большим и указательным пальцами.
— Музыка, — шепотом произнес он. — Это отрывок музыки. Не спрашивай меня, как я это сделал.
— Элеонора! — тихим, напряженным голосом сказал Гэйвен. — Они ее заперли, но заблокировать не могут. Веди!
Трент пошел вперед, ведомый лишь одному ему свойственным инстинктом. Джейсон замыкал шествие, готовый встретить любую опасность.
Они вошли в промозглое, темное крыло, куда никогда, по всей видимости, не проникали солнечные лучи; старые толстые стены были покрыты трещинами. Все говорило о запустении и страдании, пленницам здесь не намного лучше, чем Левкаторам, закованным в кандалы в темнице. Гэйвен положил руки на массивную, деревянную двустворчатую дверь и, следуя за жестами Трента, разрезал кристаллом-ножом запиравшие ее заклинания.
Дверь отворилась. Какое-то мгновение Гэйвен в нерешительности стоял на пороге, как будто сомневался, входить ли внутрь. Трент заглянул туда и жестом показал, что все чисто. Они вошли в плохо освещенную комнату, где пахло, как на старом чердаке, — спертым воздухом и пылью. Медленно Трент обвел комнату рукой. Действительно, как в секретную комнату в коридоре Академии, и в это помещение Магия не проникает и не выходит отсюда. Как и те, кто в ней находился.
Комната была холодной с обшарпанными стенами и почти без мебели. В углу стояла лютня с оборванными струнами и сломанным грифом, даже сломанную ее бережно прислонили к стене. Тем не менее Элеонора каким-то образом на ней явно играла, извлекала хоть какую-то музыку из оставшихся струн. «Это похоже на Элеонору», — подумал Джейсон. Гэйвен с горечью и печалью смотрел на инструмент.
— Мучители! — раздался тихий, хриплый шепот из темноты. — Духи смерти!
— ФайрЭнн!
Гэйвен осторожно прошел в смежную комнату, щуря глаза и всматриваясь в полумрак. Послышался шорох одежды, и Маг упал на спину под безумным напором женщины, которая вцепилась ему в горло. Джейсон захлопнул входную дверь, чтобы заглушить шум борьбы, в то время как Трент бросился вперед.
— ФайрЭнн, ФайрЭнн, — без конца твердил он ее имя.
Гэйвен заставил опуститься напавшую на колени, крепко сжимая ей запястья. ФайрЭнн зарычала от беспомощности и заплакала. Она попыталась освободить руки.
— Ну-ну, — успокаивающе бормотал Гэйвен. — ФайрЭнн, это же я, Гэйвен. Мы пришли забрать вас.
— Она не узнает нас! — ошеломленно прошептал Трент.
Джейсон закусил губу. За эти долгие месяцы ее когда-то огненно-рыжие волосы, выбивавшиеся из-под платка, который она и здесь носила, стали блеклыми с проседью, а изумрудно-зеленые глаза — пустыми. Джейсон взял руку ФайрЭнн и показал Тренту, чтобы тот взял другую и обратился к Гэйвену:
— Иди, отыщи Элеонору.
Тот, не колеблясь ни секунды, побежал вперед. ФайрЭнн подняла голову и осмотрелась. Ее взгляд был непонимающим и затуманенным. Джейсон успокаивающе погладил ей руку, но хватку не ослабил, поскольку чувствовал, как ФайрЭнн напряжена. Она взглянула на мальчика:
— Джейсон, это ты?
— А кто же еще, — улыбнулся он.
Главная травница Магов и повариха их летнего лагеря долго и внимательно смотрела на Джейсона:
— А откуда мне это знать, приятель? Вокруг столько мошенников.
Джейсон наклонился к ней ближе.
— Я ем любую твою стряпню, кроме рагу с красным перцем, — и содрогнулся, вспомнив запах этого блюда.
Женщина охнула:
— Парень, но тебе нельзя оставаться здесь. Тут повсюду ловушки. Забирай своих друзей и уноси отсюда ноги. Ты меня слышишь? Прежде чем злые духи не проведали, что вы здесь.
— Мы знаем, — мягко, но твердо сказал Джейсон. — Все будет хорошо.
— Нет-нет? — затрясла ФайрЭнн головой, ее волосы выбились из-под выцветшего платка. — Тот парень, как сам дьявол. Он придет за тобой, придет за Элеонорой. Бедняжка не сможет больше этого вынести. На днях она подумала, что чувствует поблизости Гэйвена, решила, что он пришел за нами. Это чуть не разбило ей сердце.
— ФайрЭнн, он пришел за вами, и на этот раз без вас мы не уйдем. Но ты должна не шуметь. Лучше помогай нам.
— Не шуметь. Ладно-ладно, я не буду шуметь. — Она высвободила свою руку. — Она сделала это. Она и ее Левкаторы забирали жизнь из моего тела, моих костей. И тот, другой, который наблюдает, он по маленьким глоткам вытягивает из нас силы.