Необыкновенный рейс «Юга»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, одну руку… Я хотел подбросить в топку угля, нагнулся к куче, а там — рука… Я думаю, там индус есть…

Механик пристально посмотрел в уже не растерянное, как перед этим, лицо Акулова и спросил:

— А ты не врешь, Акулов, как прошлый раз?

— Нет, что вы, Карл Эдуардович! Разве я стал бы беспокоить вас… Вставайте лучше и пойдем посмотрите сами.

— Ну иди… Я оденусь и сейчас приду.

Акулов неохотно вышел из каюты, а второй механик так же неохотно спустился с койки и начал одеваться. За четверть часа в кочегарке перебывали все обитатели судна. В куче угля оказался довольно-таки провонявшийся труп индуса. Заткнув носы, кочегары туго завернули его в брезент и вынесли на палубу.

На короткое время было очень удивительным для всех, как это никто не догадался поискать индуса в угольной яме, и как это индус в ней очутился. После коротких догадок и соображений кажущаяся неясность стала ясной.

В коридоре, рядом с общей каютой для лакеев, поваров и кастрюльника, была широкая дверь в угольную яму. Дверь эта, если была открытой, то заставлялась железной решеткой в полроста человека. Через эту дверь кочегары лазили в запасные угольные ямы сбрасывать в нижние ямы уголь, и через нее же грузили уголь с берега или с барж для котлов. Такая же дверь была и с противоположной стороны, но та всегда была закрытой. В тот день, или, вернее, вечер, когда исчез индус, третья вахта перегружала из кочегарок в запасную угольную яму негодные дымогарные трубы и разный железный хлам.

Окончив работу, кочегары, торопясь напиться перед вахтой чаю, дверь, ведущую в угольную яму, прикрыли, а решетку поставить на место забыли. В семь часов в длинном коридоре под эспардеком из-за выключенного света было уже полутемно, а в восемь часов совершенно темно.

Индус после восьми часов заходил иногда в каюту к лакеям поиграть в шашки или домино. Так как после восьми в коридоре стояла темень, индус без привычки мог легко ошибиться дверью и открыть дверь не в каюту лакеев, а в угольную яму. Открытая в угольную яму дверь вела в глубокий подвал ямы.

Никакой, хотя бы короткой, площадки за дверью в угольную яму не было. Неосторожно ступив за дверь, неминуемо надо было лететь на дно ямы или на уголь в яме, предварительно ударившись о железный бимс, тянувшийся от одного борта к другому метра на четыре ниже двери в яму. Ударившись боком или головой об этот бимс, можно бы, пожалуй, и не убиться, но упав при потерянном сознании на уголь ниже бимса, можно было и не встать уже вовсе, будучи присыпанным сверху слоем обрушившегося при падении тела угля. По всей вероятности, с индусом всё так и случилось. И если бы не уголь, сброшенный из запасных ям в нижние вскоре после того, как исчез индус, то он вынырнул бы в кочегарку гораздо раньше. Уголь из запасных ям задержал индуса в нижней яме до тех пор, пока в кочегарку не стал поступать тот уголь, который был сначала в нижней яме.

На второй день состоялись похороны индуса.

Вооружившись после завтрака солидной парусной иголкой и ниткой, подшкипер Живенко с густо дымящей сигарой в зубах принялся заштопывать в кусок старого брезента воняющий труп индуса. Команда, глядя на Живенко, зубоскалила и отпускала по его адресу довольно плоские шутки.

Окончив работу, Живенко плотно привязал потом к ногам индуса два старых колосника, и он был готов к погребению.

— Вахтенный! — окликнул Живенко вахтенного матроса, — скажи старшему помощнику, что труп уже зашит.

Минут через пять к трюму, на котором лежал погибший, подошел старший помощник.

— Что, готово уже? — спросил помощник у Живенко.

— Да, готово, — ответил Живенко.

Старший помощник, внимательно оглянув зашитый брезент, спросил вдруг, ни на кого не глядя:

— А яма для него готова?

Стоявшие вокруг кочегары и матросы засмеялись, а кто-то заметил:

— Да ведь он и так недавно из ямы.

— Боцман! Откройте фальшборт, — обратился старший помощник к боцману.

Пока боцман и матросы открывали фальшборт, на эспардеке появился капитан. К трюму, на котором лежал труп, подошел ещё кто-то из команды. Если бы происходили похороны кого-нибудь из экипажа судна, настроение у команды, может быть, было бы иное. Но хоронили чужого всем и никому не ведомого индуса, настроение у всех было самое обычное. Никакой торжественности в обстановке похорон не было. Когда фальшборт был открыт, старший помощник поднял голову к стоявшему на эспардеке капитану и спросил:

— Эрнст Петрович, можно опускать?

Капитан, чуть пожав плечами и не выпуская трубки изо рта, сквозь зубы ответил:

— Конечно… Пусть ловит себе раков… Акул не видно?

— Не видно, — ответил старший помощник и сейчас же обратился к матросам:

— Ну, давайте!..Альтанов, Фельшау, берите!

К трупу подошло четыре матроса, взяли его под ноги и под спину и понесли к открытому борту ногами вперед. Перевесив ногами за борт, матросы легонько подтолкнули его, и он в метре от борта шлепнулся в воду и стал медленно опускаться, постепенно принимая в воде вертикальное положение.