На обложке под портретом ребенка был указан номер страницы. Антон открыл ее, там шла речь о сыне известного столичного музыканта. Вундеркинд в пять лет уже выступал в консерватории.
– Скажи-ка, Арсений, а у Мелиссы есть дети?
– Ничего о детях не знаю. Жили они вдвоем. Точнее, она почти всегда была одна. Муж пропадал в командировках.
Сын фальшивый, визитные карточки фальшивые, а что же в ней настоящего? Почему он у нее ни разу не спросил, с кем она оставляет ребенка, приходя домой в позднее время, а то и вовсе не ночуя, как это было в случае с пансионатом.
– Честно говоря, я ее жалел, – состроил грустную мину консьерж.
– Жалел? Богатая, обеспеченная, красивая женщина. Чего же ее жалеть?
Старик подался вперед и заговорщицким тоном произнес:
– Веня ее обманывал.
– А ты откуда знаешь?
– У-у, я тут как-то за целым спектаклем наблюдал. Помнишь, когда здесь облаву проводили? Так вот, в тот вечер, как раз во время облавы, Мелисса проводила мужа на вокзал, он уехал в очередную командировку. На следующий день мы с ветеранами отмечали нашу очередную годовщину в ресторане. Можете себе представить, я вижу в зале кабака Вениамина Борисовича. И с кем? С нашим жильцом Иваном Васильевичем Топтуновым. Этот тот, что пропал вместе с сыном. Обыск у них на днях делали. Я удивился. Встречаясь в доме, они даже не здоровались, а тут сидят, пьют и о чем-то рассуждают.
– А кто из них раньше поселился в доме?
– Сначала приехали Веня и Мелисса, а через две недели отец с сыном.
– Ну и что дальше?
– Веня передал какие-то ключи Ивану, и тот ушел, а за столик к Вене подсела девушка. Я тогда очень обозлился. Ради дешевой куклы жену оставляет. Вот хитрец! Командировки придумал. А потом они ушли. Я из любопытства вышел в холл, хотел посмотреть: вместе они уйдут или нет. Веня взял ключи от номера, и они пошли к лифту. Тут-то мне все стало ясно. Мерзавец.
– О каком номере идет речь?
– Как о каком? Обычном номере. Ресторан-то находится в гостинице «Радужная». Недешевая забегаловка.
– Когда вернулся Веня из командировки?
– Позавчера. А вчера они уехали.
– Ты рассказывал эту историю ментам?
– Нет, я человек не болтливый. Да и с какой стати. Меня все про Топтуновых спрашивали, о Мелиссе речи не шло. Но от хозяина я ничего не смею скрывать.
– Ладно. Помалкивай.
Антон вышел на улицу и вновь увидел возле своей машины того же майора. Теперь он даже вспомнил его фамилию.
– Вижу, сиденье ты отмыл, Гордеев.
– Чего тебе от меня надо, Сладков? Раньше мною и моей жизнью никто не интересовался. Как только ушел из ментуры, стал спотыкаться об вас. То гаишники ко мне цепляются на каждом углу, теперь твоя рожа маячит. Плюнуть некуда.
– И вчера, и сегодня я выполняю свою работу. И у меня возникает вопрос, а не занимаешься ли ты тем же, чем и я, опережая меня на пару шагов. Колись, Гордеев, тебя Мелисса интересует?
– Этот дом принадлежит моему тестю, я заехал сюда по его просьбе. Есть еще вопросы?
– А здание Центрального статистического управления тоже принадлежит твоему тестю? Так вот, Гордеев, должен тебя разочаровать. Мелиссы Марковны Солюс в природе не существует. В Российской Федерации, во всяком случае, такая гражданка не значится.
По коже Антона пробежали мурашки.
– Езжай на работу, банкир. Там твой бывший начальник готов за тебя глотку перегрызть.
Сладков не врал. Не успел Антон приехать в хранилище, как его вызвал к себе управляющий. В кабинете Скороспелова сидели Вербицкий и подполковник Мякишев.