Рос у одной женщины сынок единственный. До двадцати лет поила она его, кормила, а потом и говорит:
— Сынок, придется тебе идти служить.
Отвечает он:
— Ну что ж, матушка, как пожелаешь. Пойду служить.
А стал он к тому времени всем силачам силач, только никто о том не знал.
Пришел он в имение и говорит пану:
— Будете мне платить?
Отвечает пан:
— Заплачу, коли заработаешь.
И велел ему запрячь десять возов и навоз возить. Да самому и нагружать.
Взял парень воз за дышло, взвалил на спину, отнес туда, где навоз свален был, разок вилами двинул — воз и полон.
Испугался помещик. Видит — парень-то силач. И говорит:
— Янек, вот тебе воз пшеницы, езжай на мельницу.
А сам велел нагрузить не пшеницы, а углей да золы. И на мельницу послал его на заколдованную. Чтоб ему оттуда назад не вернуться.
Приехал парень на мельницу, видит — двери крест-накрест досками забиты. Отодрал он доски, входит — никого. Стал он мешки с воза носить, видит — не пшеница это, а зола да уголья. Высыпал он их в реку, пошел в амбар, а там пшеницы полным-полно! Взял он пшеницы, сколько надо, запустил мельницу и давай молоть.
Мелет-мелет, и тут вдруг входит здешний старший черт и давай на него кричать! Что, мол, он тут делает? Схватил парень черта, завязал узлом вокруг жернова, а сам все мелет. Закрутилось все у черта в глазах, развязался он кое-как, удрал и больше не показался.
Намолол парень муки, привез в имение, пригрозил пану, чтобы он в другой раз с ним глупых шуток не шутил.
— Вот, — говорит, — привез вам муки, за ваши уголья.
А тут как раз настал день святого Мартина.[4] И погнал его пан вон со двора.
Пошел парень к другому пану насчет работы да платы договариваться. Пустился было тот с ним торговаться, а парень и говорит:
— Ладно, не надо мне платы. А вот через год на Мартина трахну тебя разок рукой по заднице.
Согласился пан. Батрачил парень на него целый год, а на Мартина стал свое требовать.
Пан себе в штаны перину затолкал. А парень едва замахнулся — перина лопнула, перья по всему имению! Двинул он пана по заднице, из того и дух вон!
Крик-шум поднялся, стражу вызвали.
— Хватай его! — кричат. — Казнить его!
Разозлился парень.
— А ну вас всех! — говорит. — Не буду я больше здесь работать. Пойду к чертям в пекло на службу.
Пришел он в пекло, там дают ему мундир железный и говорят:
— Сносишь мундир до дырок — проси, чего хочешь. А до той поры не жди ни пощады, ни милости.
Дают ему черти коня и воз, велят из лесу дрова возить да под котлы подкладывать.
[4] День святого Мартина — осенний церковный праздник, к которому приурочивалась расплата с наемными работниками.