— Джим Гилрой, — пояснил Брэд. — И не смотри на внешность, Митч. Он придет в Портсмут раньше меня.
— Ага? Значит, он хороший моряк?
— У него более крупная и более быстроходная яхта. Но у нас суда разного класса, так что вообще-то мы с ним не соперники, — он широко улыбнулся. — Будь мы соперниками, он мог и пропустить тебя на «Игровую зону» в надежде, что ты отковырнешь от нее что-нибудь.
— Единственное, что я собирался унести — это снимки, сказал Митч.
Брэд Стюарт провел его по всей яхте от носа до кормы, показал все закоулки — и крохотный камбуз, и спальные каюты. Митч щелкал затвором на каждом шагу.
— Ого, да на этой яхте есть все на свете! — заметил Митч, увидев что-то вроде небольшой гостиной со скамьями вдоль стен и столом посередине. И даже с картинами на стенах.
— Пожалуй. Вот только во время регаты мне не придется посидеть в салоне.
— В каком салоне?
— Это помещение называется салоном, — Брэд широким жестом обвел стены. — Когда команда полностью укомплектована, здесь отдыхают свободные от вахты. А в одиночку я сюда даже не загляну!
Сделав еще несколько снимков, Митч последовал за Брэдом в кокпит, где были установлены весьма впечатляющие навигационные инструменты.
— Как я понимаю, вода сюда попасть не может? — полюбопытствовал Митч. — Я в том смысле, что электроника и вода — вещи несовместимые, а вы угодите в самую середку океана!
— Дельное замечание, — одобрил Брэд и указал на прочный плексиглас, окружающий рубку со всех сторон. — Впрочем, это помещение защищено от воды довольно хорошо. А большинство аппаратуры имеет собственную гидроизоляцию.
Он указал на стоящий сбоку портативный компьютер.
— Конечно, не считая вот этого. Компьютеры в последнюю минуту надумали поставить на суда организаторов регаты. Не представляю, как он выдержит три недели тряски в сырой атомосфере. Но… нет компьютера, нет и Интернета.
При упоминании о Сети Митч тотчас же припомнил, что просил выяснить Роб. И указал на приборную панель.
— А сигнализация тоже отсюда управляется?
— Сигнализация? — приподнял брови Брэд Стюарт.
— Роб написал, что сигнализация на «Игровой зоне» вчера ночью сработала. Вот мне и интересно, отсюда ли ею управляют или нет.
— На самом деле все куда проще, Митч, — наклонившись, Брэд приподнял резиновый коврик у входа в кокпит. Под ним обнаружился продолговатый кусочек пластика, от которого тянулись провода. — Примитивные датчики давления. По яхте раскидано несколько таких ковриков. Сигнализация срабатывает лишь тогда, когда кто-нибудь наступит на них.
— Хм, странно, что кто-то вообще смог подойти к яхте достаточно близко, чтобы наступить на коврик, когда тут бдит Угрюмый Джим, — мотнул головой Митч в сторону соседнего причала.
— О, Бруно может проскользнуть мимо кого угодно! — рассмеялся Брэд.
— Бруно? — переспросил Митч. — Так вы знаете, кто это был?
— Почти наверняка.
— Вы позвонили в полицию?
— Незачем, — покачал головой Брэд. — Бруно — собака.
И указал вдоль причала. Крупная серо-буро-малиновая дворняга деловито обнюхивала кучу картонных коробок и пустых канистр.
— Считает себя хозяином яхт-клуба, — продолжал Брэд, вечно бегает взад-вперед по сходням. Уж и не знаю, почему я не подумал о нем прежде.
— Думаете, это он наступил на ваш датчик? — поинтересовался Митч.
— Скорее, топнул по нему, — заметил Брэд, наблюдая, как Бруно ныряет в коробки и снова выскакивает из них. — Джим Гилрой предположил, что преступник — Бруно, и я склонен с ним согласиться!
«Значит, никакой загадки», — отметил про себя Митч, шагая вдоль пристани после того, как поблагодарил Брэда Стюарта и распростился с ним, чтобы дать ему время подготовиться к старту. Потом присел на лавку рядом с картонными коробками. Бурый барбос куда-то запропастился.