Берт ничего не ответил. Только поглядел с минуту мне в глаза. Я сосредоточилась, хотя не сложно было догадаться, о чем он сейчас думает. 'И всегда им была для него, - выдало мне его сознание, - Дура! На кой же ты меня сюда потащила, если до сих пор жалеешь, что не с ним?!' Я быстро опустила глаза. Об этом моем даре Берт не знал, и ни к чему было выдавать себя сейчас. Но эти его слова... то есть его мысли заставили меня всерьез задуматься. Это было страшно неприятно признавать, но Берт на все сто был прав.
Дырка начала быстро и ощутимо зарастать. Рука заныла, в ноге закололи тысячи иголок. Пока возвращалась чувствительность, у меня появилась возможность оглядеться. Оказалось, что мы со всей этой пестрой компанией сидим под авто-мостом. После увиденного, ребята как-то притихли. Наверное впервые видели операцию без наркоза. Рыжая девчонка сидела в стороне ото всех на фоне красочного граффити, покрывающего бетонную опору моста. Довольно хрупкая фигурка в таком брутальном одеянии, в таком злачном месте... Я села ближе к костру, не отвлекаясь от ее изучения, не обращая внимания ни на остальных бродяг, ни на Берта. Уж очень она мне кого-то напомнила. Грязные джинсы, мужская рубашка в крупную клетку, под рубашкой салатовый топ, плоский, чуть загорелый живот... Рыжая заметила мой пристальный интерес и недобро сощурилась, глядя исподлобья. Наверное надеялась меня смутить. Я встретила ее взгляд и не без удовольствия наблюдала, как ощетинившийся тинэйджер превращается в робкую, обиженную девочку, сжимается и мысленно выстраивает стены вокруг себя. 'Вот теперь можно и познакомиться' - удовлетворенно улыбнулась я себе. Но Берт решил нарушить мои планы, будто почувствовал неладное.
-Пришла в себя? Пойдем ка...
Я посмотрела на волка с вопросом, но он, ничего не объясняя, побрел вдоль берега. 'Приревновал?.. Или задумал опять что-то' - осторожно поднимаясь, гадала я. Нога еще гудела. Я обернулась на рыжую, вздохнула и захромала в темноту. Вскоре впереди показалась спина Бертрама.
-Подожди, я не могу так быстро... - позвала я, и волк остановился, дожидаясь, пока я доковыляю.
-Значит, еще не оправилась? Хреново. Идем тогда через мост, - буркнул он.
-Можно узнать, зачем? - фыркнула я, когда надоела эта недосказанность.
-Подлечиться тебе надо, - он взглянул мне в глаза, - Подкрепиться... - продолжил он, подбирая слова, - Пожрать!
Я остановилась, широко распахнув глаза. Не стала отговаривать Берта, а просто прислушалась к собственному организму и поняла, что голод во мне сильнее страха и совести. Мы вернулись на другой берег, в пролесок.
-Перекинься. Так будет проще слиться с внутренним зверем, - посоветовал Берт.
'Слиться со зверем' мне было жизненно необходимо. Иначе меня бы просто стошнило от этой трапезы. Мутируя в волка, я чувствовала и думала совершенно иначе. Зверем было легко и приятно двигаться, люди казались беспомощными котятами, а охота за ними - очень приятной, азартной игрой. В зоне отчуждения мне пришлось впервые познать вкус человеческого мяса. Это произошло естественно, в борьбе. Жажда победы слилась с жаждой насыщения в единое неистовое стремление. Челюсти сомкнулись, выкроив кусок горячей плоти. Едва до мозга дошел сигнал о вкусе, проснулся такой голод, будто я не ела больше месяца! Теперь же... все было по-другому. Еда не убегала и не боролась. Более того - уже остыла. Так что насыщение наше и внешне и по содержанию оказалось весьма мерзопакостным. Меня спасло лишь состояние легкого отчуждения, транса, в которое хищники впадали во время кормления. Опытные умели контролировать себя и не поддаваться этому состоянию. Молодые учились этому самоконтролю. Но я сейчас сознательно ушла с головой в забытье. Вернул в сознание как всегда Берт. Оттащил меня за плечи к реке и умыл ледяной водой. Мышцы наполнились силой, кровь адреналином.
-Ты забыла, что я говорил? - его раздраженный голос отрезвлял похлеще холода.
-Не начинай... - я выставила руку перед собой, чтобы волк перестал брызгать мне в лицо, - Я буду учиться контролю с живыми, ладно?!
Волк промолчал. Видимо понял, почему я так поступила. Он помог мне подняться, и мы в обнимку как старые друзья, зашагали к мосту. Я всерьез задумалась над тем, какой невыносимой я могу быть, когда голодна. Даже стало стыдно. 'Что за ахинею я несла!'
-А знаешь, я в тебя верю, - вдруг заявил Берт, - Ты всему научишься, и быстро.
-Откуда такой оптимизм? - я улыбнулась ему.
-У тебя уже проявились способности, которые молодняку не под силу.
У меня неприятно заныло в животе. 'Он все-таки заметил!'
-Какие такие способности?.. - театрально удивилась я.
-Твоя трансформация... - развеял мое смятение Берт, - Ты не обратила внимания, во что ты перекинулась во время погони?
-Берт, ты меня пугаешь. Во что?
-Молодняк умеет принимать только боевую формацию, человекоподобный гибрид. Удлинение конечностей, форма черепа...
-Да знаю я, как вы выглядите в бою! - перебила я нетерпеливо.
-К полному слиянию со зверем волки идут годами. А ты... взяла и обратилась за полминуты, даже не задумываясь об этом! - с восторгом продолжил он, - Ты перед людьми предстала чистым зверем! И это через неделю после обращения. Понимаешь?..
-С трудом, но... да, - я вдумалась, вспомнила все, что знаю о волках, - Я обратилась по ускоренной программе. Хм... А почему? Что во мне особенного? Есть мысли?
Берт пожал плечами.
-Ну, может это из-за того, что ты часто питалась сывороткой и к звериной природе уже адаптирована?
-Наверное, это как-то связано, - согласилась я.
Вернувшись под мост, мы обнаружили, что без нас тут явно не скучали. Бродяги расслабились, решив, что мы ушли насовсем, и теперь выясняли отношения. Причем на одной стороне были взрослые отбросы человеческого общества, а с другой - приглянувшаяся мне рыжая девочка-подросток. Спорили на повышенных тонах. Мы с Бертом чуть притормозили и какое-то время наблюдали за развитием конфликта из темноты.
-Да закрой свой рот! Сказали, пойдешь, значит пойдешь! П..да мелкая. Ее кормят, поят, а она еще хавальник открывает! - кричал один из мужиков.