-Ну, вот зачем? - мягко вздохнул Бертрам у меня за спиной, - Злая ты... - упрекнул, но все же улыбнулся он.
-Я не злая, просто измученная жизнью. Меня утомляет их глупость. Не хочу, чтобы нас постоянно тревожили.
-Ты чувствуешь себя такой старой? - поддел Берт, - Уже хочешь уйти на покой?..
-Перестань подтрунивать надо мной, - обиженно и как-то и впрямь измученно улыбнулась я, - Все мои мысли и чувства в таком хаосе сейчас, что отвлекаться на безголовых детей просто нет сил. Я до сих пор не знаю, что нам делать дальше. От этой неизвестности башка кругом. Мы никто, без документов мы просто не существуем для этого мира, ты это понимаешь?
Берт кивнул, но все с той же беспечной мальчишеской улыбкой.
-Тебя это не тревожит, как я погляжу... - живот неприятно заныл, мешая злиться на супруга.
-А я думаю, все само собой образуется. Разберемся. Торопиться как бы некуда.
'Ах, Бертрам! Какой же ты бестолковый бываешь временами...' - выдохнула я про себя.
-Привыкай к тому, что время в 'новом' неумолимо. Нужно торопиться всегда, даже когда тебе кажется, что некуда. Еще немного, может пару недель, и эту нашу 'шикарную усадьбу' снесут. Подорвут или разломают экскаватором. Тогда что ты скажешь? Что торопиться некуда?.. Кхм... Или предложишь поселиться в парке в октябре? Дак, ты же захочешь охотиться, а здесь и этого нельзя.
Волк долго молчал, глядя на огонь. На его лице сменялись тревога, задумчивость, разочарование, досада и наконец сосредоточенность.
-Значит, думать надо уже сейчас, - сделал он правильное заключение, - Какие у тебя мысли?..
-Пфф... В том и проблема, что никаких! А эти еще шастают тут и мешают думать. В любом случае, нам необходимы документы, а потом уже все остальное будет решаться. Только грабить паспортный стол - явно не вариант. Я не знаю, Берт... Есть по идее люди, которые могут достать что угодно. Но я снова не знаю - где их искать.
С тех пор, как мы выбрались из 'зоны отчуждения' (так теперь называли руины моего родного города и его окрестностей), прошло всего четыре дня. Поселившись в заброшенном ветхом домике, принялись анализировать все, что произошло, и гадать, что может случиться в дальнейшем. Девяностолетний барак стоял прямо посреди спального района, был бельмом на глазу чиновников и никак не вписывался в стройные ряды новостроек с подстриженными газончиками и свежеразмеченным асфальтом. Я сразу поняла, что времени у нас мало. Но вместо того, чтобы размышлять о будущем, я безнадежно погрязла в прошлом. Во-первых, я только что вернулась в свой мир, где все так знакомо и близко, и в то же время ничего родного здесь больше нет. И здесь я совсем чужая, в отличие от Зордании, где за полгода я умудрилась обзавестись немыслимым количеством знакомых, в чьей жизни успела поучаствовать, врагов и даже друзей... большая часть из которых уже на том свете. Здесь у меня нет даже врагов. Одни воспоминания - о школьных друзьях, о маме, о войне, о гибели брата на моих глазах, о первой настоящей любви и о встрече со Смертью. Эта подруга тогда почему-то отпустила меня, а теперь ей и вовсе 'доступ запрещен'. Я (по милости Берта) - оборотень, волчица черт возьми. Из всех существ, с кем мне довелось познакомиться за годы войны, меньше всего я хотела бы быть оборотнем. Я боялась и ненавидела их. Может за нечистоплотность и заурядность, а может ненавидела потому что боялась?.. как бы там ни было - это уже лирика, и теперь оставалось лишь принять сей факт, принять самою себя и познать заново.
Еще я думала о Грэге. Это самое страшное, жестокое и мерзкое существо из всех, кого я знала. Даже бывший император Зордании, трахающий свою дочь, уступает в подлости этому ублюдку. Подобные эпитеты прочно держались на поверхностном уровне сознания. Вот только из глубин неосознанного лезли змеями мои истинные чувства к нему. Не позволяла себе надолго уходить в воспоминания, но стучались они в мое сознание часто и назойливо. Тогда разгорался настоящий бой между сердцем и разумом, отчего я становилась ужасно злой. Эта борьба за три года успела меня иссушить.
Спровадив любопытных детей, я молча обошла дом, тщетно пытаясь упорядочить свои мысли и утихомирить чувства. Задумавшись попала в обгоревшую часть здания. Эта квартира выгорела дотла. Здесь все еще пахло сыростью и золой. Но я почувствовала облегчение, успокоение и даже вдохновение именно здесь! Где от черных стен несло смертью и запустением, гибелью надежд. Я погрузилась в прошлое, ведь в моем городе большинство домов были заброшены, и большинство квартир выглядело именно так. Вот ведь странная штука человеческое сознание. Казалось бы, мне должно быть плохо в таких местах, а я... была почти счастлива. Все потому, что на несколько минут мне удалось вернуться в ту часть своей жизни, где многие были еще живы, в воздухе витала надежда, а я была совсем другой... маленькой, глупой и слабой... Странно, но именно такой Грэг меня навсегда запомнил и полюбил.
-Заблудилась?..
Внутри все сжалось, хотя я по запаху уже определила, что это Берт. Да и голос его сильно отличался от хриплого баритона старого пирата. Я стиснула зубы, беззвучно злясь на волка и на себя за эту глупую мысль. Молча прошла мимо Берта, стоявшего на пороге этого кладбища надежд. Волка такой игнор задел. Он вообще с трудом меня понимал последние два дня, не знал, что со мной происходит.
-Я что, со стеной разговариваю?! - взбеленился он, вмазав кулаком наотмашь по дверному косяку, отчего тот переломился пополам.
Я остановилась. Страх?.. Нет, скорее совесть. Обернулась к нему... Широкоплечий, смугловатый, зеленоглазый парень стоял неподвижно, ожидая моих оправданий. Глядел из-под длинной челки, пижонски зачесанной набок. Квадратный лоб и высокие скулы делали его взгляд строгим и даже угрожающим, но мне было заметно тепло в зеленых глазах, морщинки в уголках глаз. Я непроизвольно улыбнулась и тут же виновато потупила взгляд.
-Прости, любимый. Я ушла в себя. Просто... пойми, у меня море эмоций сейчас. Воспоминания... - выдохнула, вроде бы даже с облегчением, найдя себе оправдание.
-О нем?.. - неожиданно холодно, сквозь зубы процедил волк.
Я вскинула на него глаза. Вот теперь я перестала узнавать того мальчишку, с которым делилась переживаниями, с которым было легко и весело и... безопасно, не смотря на то, что я всегда знала, на чьей он стороне.
-Почему сразу о нем?.. - вполголоса продолжила я, прищурившись, - Мне есть о ком вспомнить помимо Грэга. Например о тех, кого больше нет. О моей семье, о школе, о Праведных, которые приютили меня и научили сражаться, о моем учителе... Морлоке... - в горле пересохло от этого имени, и я запнулась.
Берт молчал, но на мой прямой взгляд отвернулся, сдавая позиции. Я сглотнула и продолжила, чтобы закрепить.
- О моей жизни, в конце концов. Ее тоже больше нет, и никогда не будет, той прежней беззаботной жизни. Вернувшись сюда, я в полной мере осознала, что стала совсем другим человеком. И ту, прошлую Верити я не помню и не знаю.
Чуть ранее. Военная база близ Зоны отчуждения.
-Во время проведения дежурства в квадрате Б19 вверенной нам территории, патрулем обнаружены и задержаны два гражданских лица, - рапортовал сержант своему начальству, глядя однако не на полковника, а на крышку его стола.
-Говоришь, Б19?.. - нахмурился полковник, не сводя с подчиненного уставших глаз.
-Так точно, товарищ полковник! - выпрямился сержант, выражая крайнюю серьезность и сосредоточенность.