- Нет, - сказала она. – Не так близко. Вы - слишком высокий и крупный, мистер Доунс. Я ненавижу больших мужчин.
- Потому что боитесь, что не сможете командовать ними?
- Именно по этой причине. – Отрезала женщина. - Два месяца назад я сделала ошибку, хотя и ошибаюсь редко. Я выбрала не того мужчину. Вы не только слишком большой – Вы душите меня. Уходите. Я была весьма приветлива с Вами этим утром, но могу стать и жестко-невежливой, если увижу в этом необходимость. Уходите. - Её дыхание прерывалось, она была взволнована.
- Я не собираюсь причинять Вам боль. И не собираюсь прикасаться к Вам против вашего желания, - заверил её Эдгар, сжав руки за спиной.
Она засмеялась.
– А как же чувства пылкого жениха, мистер Доунс? Вы говорите только о настоящем времени, или у Ваших слов более универсальное значение? Вы никогда не притронетесь ко мне против моего желания? Ваша жизнь стала бы скучной и холодной, сэр, разве что, если Вы не заведёте себе любовницу.
- Я твердо намерен хранить верность в браке.
- Как буржуазно! - Она снова засмеялась.
- Да.
- Мистер Доунс. - Её руки безвольно повисли по бокам, а выражение тревоги и презрения ушли с лица. Сейчас она смотрела на него более искренне, чем когда-либо прежде. Лицо женщины опять побледнело. - Я не могу выйти за Вас. Я не могу стать женой и матерью.
Он искал ответ в её глазах, но они ничего не говорили. Никогда. Эта женщина очень умело скрывалась за своими многочисленными масками. Внезапно Эдгар понял, что совершенно не знал её, даже несмотря на то, что познал её в сексуальном плане.
- Почему нет? - спросил он.
- Потому. - Она вяло улыбнулась. - Потому, мистер Доунс, потому.
- И всё же, - настаивал он, - Вы станете матерью, желаете Вы этого или нет. Дело сделано и возврата нет.
Элен закрыла глаза и, казалось, покачнулась. Но тут же справилась с собой и опять посмотрела на него.
- Я разберусь с этим, - сказала она, - Я не могу растить ребёнка и не могу выйти за Вас замуж. Я разрушила бы обе ваши жизни. Поверьте мне, мистер Доунс - я говорю правду.
Эдгард нахмурился, опять пытаясь прочесть ответ в её глазах. Но не видел в них ничего, её взгляд был абсолютно непроницаемым.
- Кто причинил Вам эту боль? - спросил он.
Она засмеялась.
– Никто. Никто, сэр.
- Я собираюсь стать Вашим мужем, - сказал Эдгар. - И надеюсь также стать Вашим компаньоном и даже другом. На долгие годы, ожидающие нас впереди.
- Вы не собираетесь отступать, не так ли? – спросила Элен. – И Вы намерены получить желаемый ответ, да?
Доунс кивнул.
- Ну что ж, хорошо. - Её голова откинулась, а глаза и губы дразняще улыбались ему. – Полюбуйтесь на свою Рождественскую невесту, мистер Доунс. Это - Рождество и невеста, о которых Вам ещё придётся сожалеть, но все мы сами выбираем наш собственный ад. С широко открытыми глазами, мы нашли свой. Это случится в Мобли. Я хочу увидеть радость в глазах Вашего отца, когда мы свяжем наши судьбы. – В её голосе слышалась резкая горечь.
Он наклонил голову.
- Я не думаю, что буду когда-либо сожалеть о том, что поступил правильно, миледи. И прежде, чем Вы скажете мне, как буржуазно моё чувство и слова, позвольте мне предупредить Вас. Я верю в то, что у буржуазии гораздо более устойчивые, и не столь циничные понятия о благопристойности и чести, чем у большинства представителей дворянства и аристократии. Но и осмелюсь добавить, что, как и во всех правилах, в этом тоже есть исключения.
- Я не позволю Вам командовать мной, - сказала Элен.
- Я и не хочу командовать женой.
- Или притронуться ко мне.
- Как Вы пожелаете.