- Доброе утро, мистер Доунс.
Держа в руке его визитку, она посмотрела поверх его плеча:
- Благодарю Вас, Хоббс. Это все.
Дверь тихо закрылась. Здесь не было никаких признаков присутствия тети или любой другой компаньонки. Хотя глупо обращать на это внимание после событий прошедшей ночи. Он был рад, что здесь не было больше никого, чье присутствие вынудило бы их обсуждать погоду или светскую хронику утренних газет.
- Доброе утро, сударыня.
Он поклонился ей. Ему следовало сразу перейти к делу. Возможно, она была столь же смущена, как и он.
- Я полагаю, что я обязан принести Вам свои извинения.
- В самом деле? – ее брови приподнялись. – Извинения, сэр?
- Я неучтиво обошелся с вами прошлым вечером, - сказал он. Даже в своей отрепетированной речи он оказался неспособен придумать более подходящее и менее дурацкое слово, чтобы описать то, как он с ней обошелся.
- Неучтиво? – казалось, она развеселилась. – Неучтиво, мистер Доунс? Разве в Вашем мире существуют правила этикета для того, что происходит между мужчиной и женщиной в постели? Вы должны были сказать «пожалуйста» и не сделали этого? Вы прощены, сэр.
Она смеялась над ним. Ему не следовало этого говорить. Он почувствовал себя униженным.
- Я воспользовался Вами, - сказал он. – Это было непростительно.
После этих его слов она на самом деле рассмеялась низким гортанным смехом, который он слышал прежде.
- Мистер Доунс, - сказала она, - неужели Вы столь же наивны, как и слова, которые произнесли. Вы не понимаете, когда Вас соблазняют?
Он резко отдернул голову, словно она ударила его по лицу. Неужели она не собиралась позволить ему даже притвориться джентльменом?
- Я с готовностью воспользовался ситуацией в своих интересах, - сказал он. – Я сожалею об этом сейчас. Это не повторится.
- В самом деле?
Ни один из них не сдвинулся с места с тех пор, как он вошел в комнату. Теперь она сделала один шаг по направлению к нему. Глаза ее стали томными, а улыбка – немного более соблазнительной.
– Не повторится? Мне хватило бы и пяти минут, чтобы заставить Вас повторить все, что Вы сделали вчера, мистер Доунс, если бы я так решила.
Он рассердился. Рассердился на нее, потому что, несмотря на обстоятельства ее рождения, положение в обществе и титул, она не была леди. Рассердился на нее, потому что она относилась к нему с презрением. Рассердился на себя самого, потому что все, что она сказала – было очень похоже на правду. Он хотел ее. И, тем не менее, он считал неприемлемым хотеть то, что не мог уважать.
- Не думаю, сударыня, - резко сказал он. – Еще раз благодарю Вас за Вашу щедрость прошлой ночью. И прошу прощения за любое душевные или физические страдания, которые я мог Вам причинить. Я должен просить Вас поверить, что когда бы мы ни встретились вновь, а в ближайшие несколько недель это вполне возможно, если Вы планируете оставаться в городе, я буду обращаться с Вами со всей необходимой вежливостью, с какой должно относиться к леди Вашего положения.
Вот так. В конце концов, он воспользовался частью заготовленной речи.
Она захватила его врасплох. Преодолела расстояние между ними, взяла его за руку обеими руками и увлекла к камину, в котором так уютно потрескивал огонь.
- Вы начинаете меня утомлять, сэр, - сказала она. – Проходите, садитесь и позвольте мне распорядиться, чтобы принесли кофе. Мне необходимо выпить чашечку. Какое сегодня унылое утро. Побеседуйте со мной, мистер Доунс. У меня хандра, потому что мне не с кем поговорить. Визит моей тети в деревню затянулся, и она вернется самое раннее - через два дня. Расскажите мне, зачем бристольскому торговцу приезжать на пару недель в Лондон. Вы здесь по делам или ради удовольствия?
Он обнаружил, что сидит в удобном кресле возле огня и наблюдает, как она вызывает прислугу. Он же намеревался остаться всего на пару минут. Он слегка растерялся. Это чувство было не из тех, которые ему нравились.
- И то, и другое понемногу, сударыня, - сказал он.
- Расскажите мне сначала о деловых причинах, - сказала она. – Я так мало слышу из того, что на самом деле мне интересно, мистер Доунс. Заинтересуйте меня. Расскажите о своем бизнесе. Почему дела привели Вас в Лондон?
Ему пришлось подождать, пока она давала указания кривоносому слуге, а потом она вновь посмотрела на него пытливым взглядом. Вопросы, которые она задала, не были риторическими.
Он рассказал ей о том, что она хотела узнать, и ответил на другие многочисленные вопросы, которые она задавала. Умные, глубокие вопросы. Во время его рассказа принесли и разлили кофе.
- Какое это, должно быть, удовольствие, - сказала она, - иметь цель в жизни, знать, что ты смог чего-то достигнуть. Вы чувствуете, что жить все-таки стоит? Что жизнь в Ваших руках, мистер Доунс? Что она заслуживает продолжения?