— Здесь все время случается что-то плохое, — сказала она.
— Да. Я не могу соединить много кусочков в общую картину. И все же. Мы вчера обломили кой-каких плохих парней. Они использовали динарианцев, чтобы добраться до Архива.
— Чего они хотят?
— Не знаю, — сказал я. — Но это будет что-то очень плохое.
— Я хочу участвовать в этой борьбе, Гарри, — сказала она.
— Хорошо.
— На всю катушку. Обещай мне.
— Заметано, — Я протянул ей свою руку.
Она пожала ее.
Когда я наконец добрался до Пресвятой Девы Марии, Отец Фортхилл уже спал, и дверь открыл Саня, Он был взъерошен и выглядел усталым, но улыбался.
— Майкл просыпался и говорил.
— Отлично, — сказал я, улыбаясь. — Что он говорил?
— Ну, это было не очень разборчиво. Потом он снова уснул.
Я рассмеялся, и мы с Саней обменялись крепким мужским объятием, а потом Саня по российской традиции расцеловал меня в обе щеки.
— Входи, входи, — сказал он. — Прошу прощения за суматоху, что тут была. Просто хотели как можно скорее убедиться, что монеты собраны и находятся в безопасности.
— Монет нет, — выдохнул я.
Его улыбка исчезла.
— Что?
Я рассказал ему о Колючем Намшиэле.
Саня выругался и сильно потер лицо. Потом он сказал:
— Пошли.
Я следовал за ним через залы позади огромной церкви, пока мы не добрались до кухни персонала. Он открыл холодильник, и достал бутылку бурбона. Он налил его в кофейную чашку, залпом выпил, и еще налил. Потом предложил мне бутылку.
— Нет, спасибо. А разве ты не должен пить водку?
— А разве ты не должен носить заостренную шляпу и летать на метле?
— Touché, - сказал я.
Саня покачал головой и начал загибать пальцы на правой руке.
— Одиннадцать. Плюс шесть. Семнадцать. Могло быть хуже.
— Но мы убили Колючего Намшиэля, — сказал я. — И Самый Старший Графф свалил Магога, как мешок картофеля. Я отдам Вам его монету завтра.
Вспышка удовлетворения прошла по глазам Сани.
— Магог? Хорошо. Но монеты Намшиэля нет.