— Луч?
Я указал на полукруглое отверстие в разрушенной стене.
— Да. Тепловая энергия. Очень большая.
Она изучила отверстие.
— Не похоже, чтобы этого было достаточно для разрушения здания
— Да, этого недостаточно, — сказал я. — Не для взрыва, во всяком случае. Луч только просверлил отверстие. Возможно, начался пожар, но здание рухнуло не от этого.
Мёрфи хмурилась, наклонив голову.
— А от чего?
— Я думаю над этим, — пробормотал я. Потом как можно более точно определил углы и отправился вниз по переулку. Пожарные все еще трудились над зданием, и мы старались не попасть под шланги, когда вышли на улицу позади жилого дома. Я пересек дорогу и подошел к зданию на противоположной стороне, поднял руку и стал искать любое остаточное волшебство. Я не увидел ничего, но снова почувствовал запах адского пламени и несколькими футами дальше нашел другой не-пентакль, идентичный первому, скрытый под тонким слоем снега.
Я продолжал идти по часовой стрелке вокруг разрушенного здания и вдоль целых домов и нашел еще два символа. И еще один через улицу со стороны разрушенных квартир, а затем закончил круг, возвратившись к нашему первому отражателю.
Пять точек отражения, которые вели действительно чертовски пугающее количество энергии через дом, выстраивая на своем пути одну огромную фигуру.
— Это пентаграмма, — констатировал я.
Мёрфи нахмурилась.
— Что?
Я коснулся круга гладкой метки на стене разрушенного здания.
— Луч энергии, который прошел сквозь здание, был одной из пяти сторон пентаграммы. Пятиконечной звезды.
Мёрфи никак не отреагировала.
Я полез в карман и вытащил кусок мела.
— Хорошо, смотри. Все учатся рисовать это в начальной школе, верно? — Я быстро изобразил звезду на чистом участке кирпичной стены. Пять штрихов мела, соединяющие пять точек. — Так?
— Так, — ответила Мёрфи. — Их получают от учителя, когда зарабатывают A.[9]
— Это еще один пример символов, имеющих несопоставимые значения, — сказал я. — Но посмотри сюда, в середину. Я обвел закрытую форму в центре звезды. — Это пентагон, видишь? Центр пентаграммы. Это место, где держат то, что нужно удержать.
— Что ты имеешь в виду под «удержать»?
— Пентаграмма является символом власти, — сказал я. — Есть много способов ее использования, в зависимости от того, что требуется. Но чаще всего ее используют, чтобы изолировать или удержать некую сущность.
— Ты имеешь в виду вызов демона, — уточнила Мёрфи.
— Ну да, — ответил я. — Но можно использовать ее, чтобы заманить что-то в ловушку, если все сделать правильно. Помнишь круг власти в имении Харли Макфинна?[10] Пять свечей на нем формировали пентаграмму.
Мёрфи вздрогнула.
— Я помню. Но он не был таким большим.
— Не был, — согласился я. — И чем больше пентаграмма, тем больше сил нужно, чтобы контролировать ее. Я никогда не слышал, чтобы с ее помощью можно было энергию активизировать.
Я подрисовал крестики в верхних точках звезды и повел мел от одного к другому, утолщая линии пентаграммы.
— Видишь? Луч тек от одного отражателя до следующего сквозь дом. Отражатели сформировали луч в одну огромную пентаграмму на уровне земли. Примерно так.
[9] А — высшая оценка в американской школе, эквивалент нашей пятерки.
[10] История с Харли Макфинном описана во второй книге «Файлов Дрездена» «Луна светит безумцам».