Тернер наконец обрел голос:
– Мой компьютер! Идиот! Что вы сделали?
Лаки строго ответил:
– Только то, что должен был сделать, Тернер. Теперь все молчите.
Он повернулся к Моррису, помог полному венерианину встать и сказал:
– Прошу прощения, доктор Моррис, но я должен был полностью отвлечь внимание Тернера. Пришлось для этого использовать вас.
Моррис сказал:
– Так вы не подозреваете меня в…
– Ни на минуту, – сказал Лаки. – И никогда не подозревал.
Моррис отодвинулся, глаза его сверкали гневно и горячо.
– В таком случае вы обязаны объяснить, Старр.
– Перед этой встречей, – начал Лаки, – я никому не решался сказать, что за м-лягушками стоит человек. Я не мог этого вставить даже в свое сообщение на Землю. Я понимал, что если сделаю это, подлинный враг решится на отчаянный поступок – может быть, действительно затопит один из городов под куполом, а угрозой повторения этого будет шантажировать нас. Но пока он не знает, что я заподозрил присутствие человека за м-лягушками, я надеялся, что он ограничится тем, что постарается убить меня и моих друзей.
На этой встрече я решился говорить, потому что виновник присутствует здесь. Однако я не мог предпринять никаких действий без должной подготовки, иначе он смог бы взять нас под контроль, несмотря на присутствие нефти, из боязни дальнейших наших решительных действий. Вначале мне нужно было отвлечь его, чтобы он не смог обнаружить – через лягушек – эмоции и мысли мои и Бигмена. Разумеется, в здании нет м-лягушек, но он может использовать лягушек в других частях города или в океане на поверхности в милях от Афродиты.
Чтобы отвлечь его, я обвинил вас, доктор Моррис. Я не мог предупредить вас, я хотел, чтобы ваши эмоции были искренними – и они были такими. Ваше нападение на меня – это то, что было нужно.
Моррис вытащил из кармана платок и вытер блестящий лоб. «Весьма решительно, Лаки, но мне кажется, я понимаю. Этот человек – Тернер, так?»
– Да.
Тернер стоял на коленях среди обломков своего компьютера. Он посмотрел с ненавистью:
– Вы разрушили мой компьютер.
– Сомневаюсь, чтоб это был компьютер, – ответил Лаки. – Слишком уж он был неразлучен с вами. Когда я впервые вас встретил, он был с вами. Вы сказали, что использовали его для расчетов прочности внутреннего барьера города против угрозы наводнения. Теперь компьютер с вами, вероятно, для того, чтобы в разговоре с доктором Моррисом рассчитать прочность внешних барьеров.
Лаки помолчал и продолжал с жестким спокойствием в голосе:
– Но я побывал в вашей квартире в то утро, когда угрожало наводнение. Я собрался задать вам несколько вопросов, для которых совсем не нужны расчеты, и вы это знали. Однако компьютер был с вами. Вы не могли оставить его в соседней комнате. Он должен был быть рядом с вами, у ваших ног. Почему?
Тернер с отчаянием ответил:
– Это моя собственная конструкция. Я гордился ею. И всегда носил компьютер с собой.
– Я полагаю, он весит примерно двадцать пять фунтов. Тяжеловат, даже если испытываешь к нему страсть. А может, это прибор, при помощи которого вы постоянно поддерживали связь с м-лягушками?
– Как вы это докажете? – спросил Тернер. – Вы сами сказали, что я жертва. Все слышали это.
– Да, – согласился Лаки, – человек, который, несмотря на свою неопытность, так искусно оперировал у шлюза, получил информацию от вас. Но была ли эта информация украдена из вашего мозга или вы сами передали ее?
Моррис гневно сказал:
– Позвольте поставить вопрос прямо, Лаки. Вы виновны в эпидемии умственного контроля, Тернер?
– Конечно, нет! – воскликнул Тернер. – Вы ничего не можете сделать на основании слов этого юного придурка, который считает, что может строить нелепые догадки, только потому что он член Совета.
Лаки сказал: