– А ты не удивился этому? Мы часами смотрели на людей с усами. Почему же эта мысль пришла нам одновременно именно в этот момент?
– Не знаю.
– Допустим, эта мысль пришла кому-то обладающему телепатическими способностями. Допустим, удивление передалось из его мозга в наши.
– Ты хочешь сказать, что один из этих контролирующих мозг находился с нами в комнате?
– Разве это не объяснение?
– Но это невозможно. Там был только доктор Моррис… Лаки! Ты ведь не доктора Морриса имеешь в виду?
– Моррис смотрел на нас часами. Почему бы он вдруг удивился отсутствию у нас усов.
– Значит кто-то прятался?
– Не прятался, – сказал Лаки. – В комнате было еще одно живое существо, на самом виду.
– Нет! – воскликнул Бигмен. – О нет! – Он разразился хохотом. – Пески Марса, не м-лягушку ты имеешь в виду?
– А почему бы и нет? – спокойно спросил Лаки. – Мы, вероятно, первые мужчины без усов, которых она увидела. И удивилась.
– Но это невозможно.
– Неужели? Они живут по всему городу. Люди собирают их, кормят, любят их. Но на самом ли деле они их любят? Или м-лягушки своим умственным контролем внушают людями, чтобы о них заботились и кормили их?
– Космос, Лаки! – сказал Бигмен. – Ничего удивительного, что люди их любят. Они сообразительны. Совсем не нужно для этого гипнотизировать людей.
– Они тебе сразу понравились, Бигмен? Ничто тебя не заставляло?
– Я уверен, что ничто не заставляло. Просто они мне понравились.
– Просто понравились. Через две минуты после того, как ты увидел первую м-лягушку, ты кормил ее. Помнишь?
– Ну и что тут плохого?
– А чем ты ее кормил?
– Тем, что ей нравится. Горохом в жи… – Голос маленького человека смолк.
– Совершенно верно. Это было настоящее техническое масло. Оно так и пахло. Как же тебе пришло в голову обмакнуть в него горох? Ты всегда кормишь тавотом или техническим маслом животных? Знаешь какое-нибудь животное, которое ело бы тавот?
– Пески Марса! – слабо сказал Бигмен.
– Разве не очевидно, что м-лягушка захотела тавота, ты был под рукой, и она заставила тебя дать ей… и ты в это время не был хозяином самого себя?
Бигмен прошептал:
– Я бы ни за что не догадался. Но теперь, после твоего объяснения, все так ясно. Я себя ужасно чувствую.
– Почему?
– Ужасно, когда мысли животного в твоей голове. Это грязно. – Его проказливое маленькое лицо выразило отвращение.
Лаки сказал:
– К несчастью, это хуже, чем просто грязно.
И он повернулся к инструментам.