Последний дар времени: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Это было еще одно неожиданное открытие.

Никто не предполагал, что в столь далекие времена людям был известен алкоголь. Механизм его воздействия оставался для древних, разумеется, тайной за семью печатями. К тому же далеко не все племена умели изготовлять хмельные напитки. Например, воташимги ничего об этом не знали.

Главной причиной возвращения фон Биллмана, помимо стремления воссоединиться с товарищами, было то, что вотаграбы собираются перекочевывать. Это противоречило гипотезе, утверждавшей, что миграции племен происходили лишь в теплое время года. Зимой же люди отсиживались в пещерах и иных жилищах, так как считалось, что арктические зимы в Центральной Европе были слишком суровы. Но в том времени, из которого прибыли путешественники, эскимосы круглый год кочуют по северным льдам, имея все необходимое, чтобы успешно противостоять природе. В Мадленской эпохе дело, как видно, обстояло так же.

Иногда туземцы зимовали на одном месте, если могли обеспечить себя пищей. Но если возникала угроза голода, люди укладывали шатры и уходили вслед за стадами. Дичи в округе становилось все меньше, и виной этому отчасти было волшебное оружие пришельцев. Племя ело досыта, и детей в те дни умерло меньше, чем обычно.

Но вскоре такие крупные животные, как мамонты и носороги, исчезли. Часть их была уничтожена племенем, а остальные, должно быть, ушли, как уходили каждый год с наступлением холодов. Исчезли неведомо куда бизоны, лошади, а вслед за ними и лоси. Даже крупные хищники, медведи и львы, которых не тронули пули, решили, что от людей следует держаться подальше. Наконец и олени, съев весь лишайник и ягель, двинулись к югу.

Грибердсону все же удалось решить проблему, оставаться экспедиции на месте для дальнейшего интенсивного изучения племени или отправляться на поиски новых земель. Он давно уже заметил, что мадленцы имеют обычай обсуждать между собой сны.

Грибердсон, зная с каким уважением относится племя к мнению Гламуга, толкующего сновидения, умело играя на сознании дикарей, осуществил свою идею. Он рассказал, как легка должна быть жизнь там, где снега не так глубоки, и вскоре некоторым людям приснилось, как племя уходит на юг. Посоветовавшись друг с другом, они направились к шаману. Кое-кому из них приснилось, что шествие возглавлял Грибердсон. Людям, которым снилось желаемое и которые понимали, что живут под защитой и покровительством Грибердсона, хотелось, чтобы он отвел их в рай. Гламуг, придя к англичанину, пересказывал ему сны соплеменников. Грибердсон согласился с выводами шамана. Да, он будет счастлив вести племя в неведомые края, но отправиться они смогут не раньше, чем длинный серый корабль будет установлен на вершине холма.

Земля окаменела от мороза, и тонкий слой снега покрыла ледяная корка. Туземцы, испытывавшие благоговейный страх перед пришельцами, до сих пор ни разу не отважились приблизиться к непонятному предмету. Они пришли к кораблю в сопровождении Грибердсона и, поставив его на салазки из дерева и бивней, начали подъем. Чтобы салазки не скользили, их стопорили, вбивая позади бивни и кости.

Тем временем охотники из другой группы кирками, изготовленными из оленьих рогов, дробили лед и мерзлую землю на вершине холма.

В ямы врыли столбы. На столбах закрепили длинные сыромятные ремни, привязанные к салазкам. Очень медленно салазки с трехтонной кладью поползли вверх по склону. За работой день пролетел незаметно. Солнце зашло, но работа продолжалась при свете сосновых факелов и электрических фонарей. Пар от дыхания стыл на морозном воздухе, бороды и лица людей покрыла изморозь. Как известно, физические упражнения на свежем воздухе способствуют появлению незаурядного аппетита. Поэтому на его отсутствие никто из работающих пожаловаться не мог. Речел галлонами варила какао. Дикари пробовали его впервые и не могли напиться вволю. Грибердсон работал наравне со всеми и все время шутил, соревнуясь с Ангрогримом, пытаясь доказать, что несмотря на разницу в росте, по силе ему совершенно не уступает.

Около десяти часов вечера корабль оказался в нужной точке. К бортам его со всех сторон подкатили крупные валуны. На этот раз обошлось без травм и жертв.

— Если кто-то захочет с перепугу столкнуть корабль вниз, — сказал Грибердсон, — никакие камни его не удержат. Но сомневаюсь, что кто-то посмеет к нему приблизиться. Слишком уж он чужой для этого времени.

Утро следующего дня выдалось морозным, но прозрачным и солнечным. Уложив шатры и утварь, люди привязали их к шестам с плоскими концами, способными, как лыжи, скользить по снегу. Женщины и подростки тащили волокуши, а взрослые мужчины охраняли колонну с фронта, тыла и флангов. Они пели «Песнь уходящих», прощаясь с землей, давшей приют племени на три сезона. Возможно, в будущем они вернутся сюда.

И еще они пели песнь Шимг-гаймка, легендарного героя, который давным-давно привел их в эти места с далекого юга. В конце песни имя Шимг-гаймка оказалось замененным именем Грибердсона. Очевидно, ему предстояло стать новым героем, еще более великим, чем прежний.

Путь к югу был долог. Начались затяжные снегопады, и были дни, когда невозможно было сдвинуться с места. На привалах Драммонд и Речел, закутавшись потеплее, старались отсидеться в теплом доме, установленном на лыжах, а Грибердсон и фон Биллман уходили с охотниками. Они брали с собой ружья, потому что пользоваться в этих условиях оружием племени означало обречь его на голодное существование. Дичь исчезла, но они знали, что где-то поблизости скрываются олени и бизоны. Снежные заносы служили укрытием бегемотам, мамонтам и носорогам.

Попадись такой зверь людям на глаза, он был бы заколот без промедления, бежать ему было некуда.

В конце концов Грибердсон обнаружил долину, в которой находилось стадо бизонов в тридцать голов. Он застрелил трех самцов.

Люди свежевали туши и резали мясо, в то время как остальные бизоны, как ни в чем не бывало, выкапывали из-под снега жухлую траву. Быки фыркали и ревели, но ни один из них не решился напасть. Вскоре появились крупные серые волки и сожрали то, что оставили люди. Оглянувшись назад, Грибердсон увидел, что волки крадутся к стаду, но он сомневался, что звери посмеют открыто напасть.

Три дня люди отъедались, затем вновь отправились в путь. Они шли с частыми привалами и наконец вышли к подножию Пиренеев. Перевалы оказались перекрыты снегом и льдом. Оставался выбор: либо зимовать, либо огибать горы морским путем. Здесь Грибердсон впервые встретил серьезное противодействие со стороны воташимгов. Они ничего не знали о лодках, они даже не умели плавать.

Когда дикари поняли, что их ожидает, они отказались наотрез. Даже то обстоятельство, что лодки пойдут вдоль берега, не могло их успокоить.

Ужас парализовал людей.

Ученые выдолбили бревно и сделали из него челн. Здесь, на юге, встречались достаточно крупные деревья. Они увлеченно трудились три дня и на четвертый опустили лодку в холодную с изрезанным берегом бухту, которая в будущем получит название Бискайского залива. В течение часа они ходили на веслах вдоль берега, демонстрируя туземцам преимущества водного транспорта.

Затем пристали к берегу, где их поджидали завороженные туземцы. Но отказаться от роли зрителей они не соглашались, личное участие для них было немыслимо. Лишь двое составили исключение: Ангрогрим, который очень опасался за свой авторитет, и Ламинак, заявившая, что готова идти куда угодно за Грибердсоном.

Англичанин не преминул этим воспользоваться. Неужели люди Медведя трусливее девочки? Неужели они не решатся на то, на что решился ребенок?

В конце концов он сказал, что сочинит песнь о трусливых воинах Медвежьего народа, если они не будут строить лодки, чтобы идти на них вдоль побережья.

Но прошло еще две недели, прежде чем туземцы научились ходить на веслах, причем несколько раз лодки опрокидывались и гребцы оказывались в воде. Трое заболели пневмонией, но Грибердсон быстро поставил их на ноги. Для безопасности туземцам раздали спасательные надувные пояса, которые прихватили с корабля в достаточном количестве.

Грибердсон предусмотрел, что они могут пригодиться, вообще же пояса применялись для перевозки по воде образцов и проб. Каждый контейнер был снабжен таким поясом. Иногда их использовали, чтобы повысить устойчивость лодок. Флот из десяти больших челнов покинул берега будущей Галлии и, не отдаляясь от берега, начал огибать с севера Иберийский полуостров. Вот уже приблизилось место, где в будущем расположится Лиссабон. Лодки качнулись на волне в последний раз, затем их вытащили на берег и разгрузили. Люди Медведя были довольны, никогда прежде им не случалось жить на море, и они надеялись, что никогда больше не придется. Стараясь держаться юго-востока, Грибердсон вел колонну в глубь полуострова.

Они миновали широкие равнины и углубились в густые леса. Фауна здесь была отчасти иной, чем на севере. Рыжие олени и дикие кабаны водились в изобилии, и довольно часто встречались мохнатые стада бизонов, густошерстных носорогов и мамонтов, хотя и не столь многочисленные, как по ту сторону Пиренеев. Через тысячу лет, а может быть, и раньше, бегемотам предстояло стать редкостью в Иберии — на смену им придут слоны.

Пещерных львов, медведей и гиен было достаточно, чтобы они представляли опасность на охоте. Да и иберийцы были ничуть не миролюбивей своих северных соседей. Но им хорошей острасткой послужили несколько выстрелов в воздух.

Но случалось, что они проявляли большую настойчивость и не отставали, тогда в них стреляли ампулами с наркотиком, которые не были безопасны, они ударяли с большой силой и причиняли сильную боль, а иногда даже ломали руки и ребра, но не убивали, за исключением одного случая, когда наркотик оказался аллергеном, и вражеский воин скончался в муках.