Вздохнув, Тимур попросил:
— Освободи хранителя, Диана.
— Но…
— Ничего страшного не случится. Он будет вести себя разумно.
Диана кивнула, чуть опустила руку. В тот же миг Эзекиль пришёл в движение: испуганно попятился, принялся шарить руками по своему телу, словно пытаясь отыскать что-то. Краткий миг хранителем владели вполне понятные, присущие обычному человеку чувства страха и паники. Захлёстываемый ими, он мог натворить что угодно- броситься бежать, схватить кинжал и напасть, призвать на помощь станцию и попробовать выяснить отношения с Дианой на новом уровне. Однако случиться этому не мог позволить рассудительный, нечеловеческий разум машины.
Успокоившись, Эзекиль прекратил водить по себе руками и, прищурившись, вкрадчивым голосом произнёс:
— Теперь я окончательно перестал понимать тебя, Тимур. Почему ты не воспользовался шансом убить меня?
— Ты мне ещё пригодишься.
— А… — Эзекиль был столь потрясён, что чуть не упал. Пожалуй, в любое другое время такое заявление рассмешило бы самовлюблённого, напыщенного божка, но на этот раз он понимал- за этими словами что-то стояло. — Поясни-ка…
— Ты можешь открыть Дорогу?
— Для неё, что ли? — Эзекиль указал на Диану.
Тимур кивнул.
— Нет, не могу. Хотя идея отправить её на Землю, признаюсь, хороша. Только нету у меня такой власти над станцией. Могу лишь людей сюда выдёргивать. Наугад. Да и переход всё равно не до конца осуществляется. — Эзекиль приложил ладони к сердцу- молодому, здоровому сердцу. — Против чего я, по понятным причинам, не возражаю.
Сделав невинное лицо, Тимур пробормотал:
— Помнится, я мог провернуть подобный фокус…
— Забудь от этом, человек, — резко прервал его Эзекиль. — Ты не получишь терминал, и я не повышу твои права. Я лучше умру, чем позволю тебе получить власть над станцией.
— Боишься? — презрительно спросил Тимур.
— Конечно. Лишь однажды, тринадцать веков назад, я позволил человеку на некоторое время стать сильнее меня. К счастью, он был невыносимо туп, чтобы понять, чего же я от него хотел на самом деле, и беспрекословно подчинялся моим приказам. Ты же- совсем другой случай. Ты явно не настроен беспрекословно выполнять распоряжения моего творца, и твои мотивы мне не понятны. Совсем. Мне даже страшно подумать, что ты можешь натворить.
— А если бы я пообещал, что не стану причинять тебе вреда?
Эзекиль хохотнул:
— Хочешь, чтобы я доверился тебе? Человеку?!
— Собственно говоря, это было бы очень благо…
— Да никогда! — с какой-то злобой выкрикнул Эзекиль. Поборов эмоции, спокойно продолжил: — К тому же у меня большие сомнения, что наш общий друг, — он ткнул указательным пальцем в потолок, — позволит своему оружию так запросто покинуть этот мир.
С секунду Тимур раздумывал, не стоит ли попросить Диану обездвижить надзирателей в коридоре, так и не оставивших попыток пробиться в комнату, найти среди них провожатого Бояна, отобрать у него терминал и попросить Диану разблокировать его. И соблазн поступить так был велик. Пусть этот поступок будет крайне глуп, пусть он будет продиктован отчаянием- приемлемого выхода из сложившейся ситуации не находилось. На Наутике Диана была обречена…
— Как думаешь, Эзекиль, — задумчиво начал Тимур, — если бы я всё же отправил Диану на Землю, она бы избавилась от этой своей программы?
— Конечно, нет. Там бы она просто перестала быть угрозой для этого мира. Что случилось бы с ней- не моя забота. Скорее всего, она продолжит выполнять программу. Или же, не найдя свою цель, сразу перейдёт к финальному циклу и завершит своё существование. Хотя я ни за что не ручаюсь. Ясно лишь одно- скоро она перестанет быть собой. То, что сделала с ней станция, — намного сложнее и изощрённей моего шёпота.
— И что, нет никакого способа спасти её? — уныло спросил Тимур.
Эзекиль развёл руками и широко улыбнулся.
— Ну… В данном случае поможет только одно?
Тимур встрепенулся, жадно уставился в лицо юноши. Спросил: