– Да, я поторопился, – признался хозяин постоялого двора. – Я думал, что это просто: ударил раз-другой и все.
– Даже волшебные дела требуют головы, – сказал Омирбек. – Глупому и волшебство не поможет… А где твоя камча?
– Погибла.
– Вот ее-то нужно было сохранить! – воскликнул Омирбек. – А что ж теперь делать? Видно, придется быть терпеливым: может, аллах пошлет нам еще какое-нибудь чудо!
Омирбек всегда ставил свою юрту возле дороги или поближе к дороге: так было интереснее жить.
Сидишь у юрты, а мимо тебя течет жизнь.
С арбакешем поговоришь, с жигитом перекинешься словом – и знаешь, что происходит в Бухаре, Хиве, даже в Коканде… Не говоря уже о местных новостях: в юрте чимбайского торговца было слово сказано, а его уже повторяют в Куня-Ургенче… Вот что такое дорога!
Омирбек любил точность в выражениях, в словах.
Как-то сидел он возле юрты, а какой-то путник спросил его:
– Уважаемый, куда идет эта дорога?
– Я провел здесь всю свою жизнь, – сказал Омирбек, – но ни разу не видел, чтобы дорога шла! Она все время лежит тут!
– Простите, уважаемый, я хотел спросить: куда ведет она?
– Это другое дело! – и Омирбек объяснил прохожему, как и куда можно пройти по этой дороге.
Омирбек сидел возле юрты и думал о том, как и где ему взять хотя бы лепешку, чтобы накормить семью.
По дороге ехало много всадников, и один из них, самый богатый, остановился возле юрты Омирбека и спросил:
– Скажи-ка, что ты думаешь о великом и могучем кази?
– Жулик он, наш кази, – грустно думая о голодной семье, сказал Омирбек. – От него вся Хива, как я слышал, плачет. Людей истязает, с бедняков по десять шкур дерет, а с богатеями пьянствует…
Чем больше говорил Омирбек, тем беспокойнее вели себя жигиты – они начали выкрикивать какие-то угрозы, но богатый всадник величественным жестом заставил их замолчать.
– Знаешь ли ты, кто я? – спросил всадник, терпеливо выслушав Омирбека.
– Нет.
– Я – кази.
У Омирбека потемнело в глазах, потому что кровожадность кази была известна далеко за пределами Хорезма. Необходимо было тотчас же найти выход, иначе жигиты могли просто изрубить его.
– А знаешь ли ты, кто я? – спросил Омирбек кази.
– Нет.
– Я – Омирбек, меня тут все знают, потому что три раза в месяц я схожу с ума. Сегодня – как раз един из этих дней!
Кази рассмеялся и поскакал дальше, за ним и его свита.
Два пьяных жигита ночью шли по дороге и, увидев вдали, на самом горизонте, яркую звезду, заспорили.
– Это солнце, – сказал один.
– Это луна, – сказал другой.
– Клянусь аллахом – это восходит солнце, – утверждал первый.