— Ты чего там?
Богусь подошел, сел рядом.
— На, посмотри… — Он всунул ему в руку какой-то предмет.
— Наган! — воскликнул Здзих.
Он повертел револьвер во все стороны, пощупал, погладил.
— А патроны у тебя есть?
Богусь разжал левую ладонь: на ней лежали три патрона к нагану.
— Замечательный! — произнес Здзих. — Хотел бы я иметь такой! Может, в конце концов…
Вдруг в голову ему пришла мысль.
— Богусь, одолжи мне его! На один день. Честное слово, отдам.
— Оружие не одалживают, — ответил тот серьезно. — Зачем оно тебе?
— Я хочу с Юреком, понимаешь, веркшуц? У него такой вальтер!
— Вот оно что…
— Одолжишь?
— Одолжить не одолжу. Я уже сказал. Самое большее — могу его дать!
— Как это, навсегда?
— Навсегда!
Здзих не мог поверить. Он схватил Богуся за руку, сжал ее, потряс несколько раз, наконец обнял друга.
— Бо… Богусь, — шептал он возбужденно. — Ты даже не знаешь, ты не представляешь себе… я этого никогда не забуду. Помни, Богусь, я теперь с тобой… навсегда… навсегда.
Он еще раз положил наган на ладонь, присматриваясь к нему теперь по-другому, как к своему. Проводил пальцами по рукоятке, поворачивал барабан, гладил мушку, легко, осторожно нажимал на спусковой крючок.
— Прекрасный!
— Но не за так! — поставил теперь свои условия Богусь.
— Дам все, что захочешь.
— Нет, я ничего не хочу, но только за тем вальтером поохотимся вместе. Согласен?
— Втроем с одним? — Здзих показал на наган.
— Это не твоя забота…
Богусь снова подошел к своему мешку и вытащил оттуда браунинг.
— Видишь? Семизарядный!
— Ну и ну! — покачал головой Здзих. — Да у тебя целый арсенал.
— Старикам ничего не говори! Связным не положено ездить с оружием. Может, это и верно. Если схватят, то пропал. Ну так как?