— Я тоже выпью стакан!
Эрик сел на краешек дивана и не шевелился до тех пор, пока Хермансен вернулся с бутылкой пива и двумя стаканами.
— Твое здоровье, Эрик!
— Твое! — Эрик выпил стакан до дна и украдкой бросил взгляд на мокрый пиджак отца.
— Где ты был?
— Я немножко прогулялся, — просто ответил Хермансен.
— В такую погоду?
— Мне нужен моцион. А ты где был?
— У Андерсенов, — сказал Эрик и уставился на отца упрямым взглядом.
— Правильно, — невозмутимо сказал Хермансен — Я видел тебя, когда проходил мимо.
— Я хожу куда хочу, — сказал Эрик.
— В твоем возрасте я делал то же самое. А куда вам еще ходить, хотел бы я знать? Здесь молодежи и пойти некуда.
Эрик налил себе второй стакан, остатки из бутылки.
— Когда я был молод, мы ходили в клуб. Во всяком случае, по субботам.
— А что вы там делали? — судя по выражению лица, беседа начинала интересовать Эрика.
— Танцевали!
— Танцевали?
— Но тогда танцевали другие танцы. Вальс, фокстрот, танго. А что вы танцуете?
— Всего понемножку, — Эрик выпил до дна.
— Кажется, есть какой-то танец, который называется свинг?
— Что-то не слышал, — уклончиво ответил Эрик.
— А твист?
— Шейк, — сказал Эрик.
Хермансен перелил остатки из своего стакана в стакан Эрика.
— Шейк? А как он танцуется?
— Ну, определенных правил нет. Танцуешь как хочешь.
— Вот как? — произнес Хермансен, как бы обдумывая ответ. — Да, теперь все иначе, песни и музыка то же другие. В мое время пели «Золотое колечко» и «Следи хорошенько за своим сердечком, Маргрете!».
— Я слышал эти песни в концерте по заявкам.
— А теперь «Битлз», да?
— У нас много хороших ансамблей и в Норвегии!