Штокхайнер открыл дверцу машины, чтобы сесть и уехать, но на миг задержался и сказал, обращаясь к Харкусу:
— Всего хорошего, Харкус. Тебе позавидуешь.
— До свидания.
Когда дивизионная машина отъехала, Вебер спросил майора:
— Что он хотел этим сказать?
— Как я понимаю, он жалеет, что не попал в наш полк.
— Вон как! — Вебер закурил.
Дождь уже перестал. Они стояли у КПП. Вебер догадывался, что Берт поджидает Кристу. Все, кто шел с собрания, проходили мимо них. Кто-то пожал Харкусу руку и поздравил с победой. Этому примеру последовали и другие.
— Что же теперь делать с Экснером? — спросил Вебер у майора.
— Или он исправится, я ему дам такую возможность, или пусть пишет рапорт о переводе в другую часть.
— А что это за возможность?
— Пойти учиться.
— На это Венцель не пойдет.
— Все зависит от нас… Каргер неплохо и без него справится с батареей.
— Без старшего на батарее?
— Справится, я чувствую… Рапорт Экснера лежит у меня в сейфе, но так легко я его не отпущу: он офицер способный. Думаю, что он сам ко мне придет и попросит назад свой рапорт. Я отдам — пусть разорвет.
— Идея, пожалуй, неплохая, — согласился Вебер.
Последними из клуба вышли Криста, Кисельбах и его жена. Вебер присоединился к Кисельбаху, а Берт и Криста пошли вдвоем. Берт нес сверток Кристы с книгами.
— Ну, доволен ты собранием? — спросил Вебер Кисельбаха.
— Давно у нас такого не было.
— Я даже помолодел.
— Точно, а чья заслуга?
— Чья? Если честно говорить, то Харкуса.
— Угадал, только его самого.
— Ну, немного и наша с тобой.
— Тоже верно, — согласился Кисельбах.
Берт и Криста шли рядом и молчали. Шли плечо к плечу, будто заранее договорились об этом. Первым нарушил молчание Берт.
— А книгу-то я все еще не прочитал.
— Прочтете позднее.
— Скажите, почему вы не уехали? — спросил он вдруг.