Командир полка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На медной дощечке на двери было выгравировано: «Доктор Гертнер».

— Это мой отец, — пояснила Юта.

— Могу я вас еще увидеть?

Юта снова покраснела, лишь на мгновение в глазах у нее промелькнула радость, а затем она снова стала печальной.

— Зачем? — с горечью произнесла девушка. — Зачем? — И пошла, не оглядываясь.

Через два дня Уво снова поджидал девушку у школы. Она и на этот раз вышла последней. Он пошел ей навстречу.

Увидев его, Юта замерла на месте.

Через две недели отец Юты остановил Уво на улице, чтобы поговорить с ним.

— Господин Каргер, я прошу вас быть откровенным, — начал доктор, — речь идет о Юте. За время болезни Юты мы старались воспитать в ней такие качества, чтобы она чувствовала себя счастливой и без мужа. Она преподает, занимается музыкой, много читает. Как врач, я лучше других знаю, какими жестокими могут быть мужчины. Именно потому я хотел бы предостеречь свою дочь от разочарования. Поэтому я и спрашиваю вас, чего вы от нее хотите?

Уво хотел ответить подробно, но передумал и сказал самое главное:

— Господин Гертнер, я люблю вашу дочь. Правда, я хотел сначала сказать это ей, а потом уже вам. — Уво рассмеялся от нахлынувшей на него радости.

У отца Юты были такие же глаза, как и у нее: светлые и лучистые.

— Это ваше твердое желание, господин Каргер? Я надеюсь, что в вас говорит не чувство сострадания и не любопытство.

— Нет, конечно. Я уверен в своем чувстве.

— Вы сильный, здоровый мужчина, а Юта никогда не сможет пойти с вами на танцы, не сможет водить автомобиль.

— Меня это нисколько не пугает.

И Уво рассказал доктору Гертнеру о своей юности и о своей болезни.

В 1963 году они поженились, и на следующий год унтер-лейтенант Уво Каргер снова уехал служить в полк, забрав с собою Юту. В Еснаке у них родился ребенок.

У Вебера заболели глаза от усталости. После первого дня учений четвертой батареи он вернулся в полк, чтобы вместе с Кисельбахом, Хофмайстером и Герхардом закончить писать свой доклад для партийного собрания. Расстались они в два часа ночи, а утром нужно было рано вставать. В семь часов они снова собрались у него в кабинете, чтобы еще раз обсудить доклад. Изменили несколько фраз, внесли новые цифры. У всех четверых было единое мнение, которое они и собирались высказать на собрании в пятницу.

А в четверг их мнения уже разделились.

И вот наконец долгожданное ответственное собрание.

Когда выступал Кисельбах, в зале стояла тишина, Пельцер временами кивал головой в знак согласия с докладчиком. Кисельбах остановился на результатах, которых, несмотря на сложные условия, добился личный состав. Далее следовало простое перечисление дел.

Пельцер и его сторонники сидели довольные, полагая, что это есть не что иное, как оценка полка.

Но вдруг Кисельбах переменил тон и сказал:

— Но разве мы, товарищи, можем успокоиться на достигнутых результатах? Особенно если сравнить наши успехи с требованиями, которые были предъявлены войскам, участвовавшим в маневрах в Тюрингии, и учесть современное политическое положение в Европе. Разве мы можем удовлетвориться лишь тем, что наши артиллеристы отстрелялись на «отлично»? Разве нас могут удовлетворить наши достижения в боевой и политической подготовке? Разве мы можем мириться с теми ошибками, которые у нас вскрыл новый командир полка?

Услышав эти слова, Пельцер перестал кивать головой, а с лица Хауфера мгновенно сползла улыбка. Кое-кто втянул голову в плечи, словно старался сделаться меньше.

Врайткант, сидевший слева от Вебера, схватил свою трубку, лежавшую перед ним на столе, затем оглянулся и отыскал глазами командира полка.

Харкус переводил взгляд с Кисельбаха на Вебера и обратно. Несколько раз майор тянулся к своей тетради, но тут же отдергивал руку.

Когда Кисельбах перечислял успехи, достигнутые в полку, майор хмурил брови и бросал сумрачные взгляды в сторону Вебера. Однако замполит не замечал этих взглядов командира или, быть может, не хотел замечать. Он сидел спокойно, положив руки на стол.

Кисельбах выдержал небольшую паузу, слегка откашлялся и, перевернув страницу доклада, продолжал, уже не заглядывая в текст.