— Ребята, что же это вы?! Уже четверть девятого!
— Ну и что?! — крикнул ему в ответ один из артиллеристов.
— Пошлите кого-нибудь за тягачами, — посоветовал кто-то.
— Чепуха! К орудию! — приказал Беренд.
Солдаты старались изо всех сил: пот лился у них по лицам, застилал глаза, бежал по спине. Мускулы были напряжены до предела. Однако колеса орудия все больше и больше утопали в сыпучем песке, а подложить под них было нечего.
— Навались! Все вместе! Дружно! — кричал Маркварт.
— Одновременно, дружно, взяли! — кричал Беренд.
Однако сколько солдаты ни напрягались, гаубица не трогалась с места, а даже несколько сползла вниз.
Молькентин совсем выбился из сил. Рядом с ним подталкивал орудие Шварц. Он чувствовал, что все их усилия напрасны. Страшная сила толкала его назад. Казалось, все две с половиной тонны веса гаубицы давили в этот момент только на него одного. Руки у него начали дрожать мелкой дрожью.
— Дружно, взялись! Раз-два! — крикнул Беренд еще раз.
В этот момент Шварц, не выдержав, отскочил от орудия в сторону. Его примеру последовал второй артиллерист, затем — еще один.
Орудие медленно покатилось с холма назад. Правая станина дернулась в сторону, сбросив с себя солдат, которые ее тащили. Все успели отскочить в сторону, кроме одного солдата, который держался за самый конец станины. В один миг он был сбит с ног. Все это произошло так быстро, что никто даже не успел вскрикнуть. Другая станина задела Молькентина. Гаубица медленно сползала с холма.
Харкус давно заметил, что второе орудие совсем не двигается вперед. Майор попросил Древса подъехать поближе к холму. Древс быстро выполнил приказ командира.
Майор выскочил из машины и направился к группе солдат, которые окружили лежавшего на земле солдата.
Беренд, завидев командира полка, бросился ему навстречу, но майор не стал слушать его доклад, отстранил рукой в сторону.
Маркварт осматривал плечо и руку артиллериста, сбитого станиной.
— Перелома, кажется, нет, — сказал унтер-офицер.
Командир полка приказал немедленно отвезти пострадавшего в медсанбат.
— Еще пострадавшие есть? — спросил майор, заметив Молькентина, забинтованная правая рука которого висела на перевязи. — Больно? — обратился Харкус к солдату.
Молькентин покачал головой.
— Все равно поезжайте в санбат.
— Товарищ майор, разрешите мне остаться.
— Какая у вас специальность?
— Я заряжающий.
— Вы ведь не сможете подавать снаряды!
— Смогу, — уверенно заявил солдат.
— Хорошо, оставайтесь, — неохотно согласился Харкус.
Древс повез пострадавшего солдата в санбат. Когда машина отъехала, Харкус подошел к капитану Петеру, который расспрашивал Беренда о ЧП.
— Во сколько ваша группа вышла сюда? — спросил майор обер-вахмистра.
— Без четверти восемь, товарищ майор.