— Сколько же вам лет, позвольте полюбопытствовать? — спросил молодой человек, встревожено глядя на Сарьона, — Сорок? Или больше?
— Я требую...
— Немного за сорок, — продолжал размышлять вслух молодой человек, изучающе оглядывая каталиста. — Верно?
— Это не ваше дело, — отрезал Сарьон, дрожа от холода, ибо ряса его промокла от росы. — Ответьте на мой вопрос — или идите своей дорогой, а я пойду своей…
Молодой человек посерьезнел.
— Вот именно! О том-то и речь! Боюсь, ваш возраст — именно что мое дело. Видите ли, дорога у нас одна. Я — ваш проводник.
Сарьон уставился на него, от потрясения утратив дар речи. Потом ему вспомнились слова Якобиаса: «Есть люди, которые... которые спрашивали насчет вас. Им, похоже, нужен каталист, так что они будут очень сильно в вас заинтересованы — так мне кажется».
— Меня зовут Симкин, — сказал молодой человек и снова протянул Сарьону руку.
Сарьон, ослабев от облегчения, пожал ему руку и скривился — теперь ему было больно вспоминать о ночи, проведенной под деревом.
— Если вы уже в состоянии путешествовать, — безмятежно произнес Симкин, — то нам лучше бы трогаться. А то с месяц назад кентавры застукали здесь двоих людей Блалоха. И разорвали в клочья. Буквально метрах в пятидесяти от того места, где мы сейчас стоим. Кошмарное зрелище, можете мне поверить.
Каталист побледнел.
— Кентавры? — испуганно переспросил он. — Здесь? Но мы же не перешли реку...
— Клянусь честью, — воскликнул Симкин, изумленно воззрившись на Сарьона, — да вы же сущий младенец в лесу! Я-то думал, что вы небывалый храбрец, а вы просто небывалый глупец! Вы ж заснули на охотничьей тропе кентавров! Все, хватит терять время! Они, чтоб вы знали, охотятся днем. Ладно, вы этого не знали, но еще узнаете. Уходим!
И он выжидательно уставился на Сарьона.
— Что вы на меня смотрите? — дрожащим голосом спросил Сарьон. Фраза «и разорвали их в клочья» заставила его похолодеть. — Проводник — вы!
— Но каталист — вы, — простодушно произнес Симкин. — Откройте для нас Коридор.
— К-коридор? — Сарьон в замешательстве почесал затылок. — Но я не могу! Нас обнаружат. Я... я в отчаянии... — Он снова сбился на домашнюю заготовку. — Я — отступник...
— Ой, да будет вам, — отозвался Симкин, и в голосе его проскользнул холодок. — Это фермеры вам бы поверили, а я соображаю лучше. И если вы думаете, что я собираюсь несколько месяцев пробираться через этот богом забытый лес, когда вы можете доставить нас на место в считанные секунды, то вы глубоко заблуждаетесь.
— Но Исполняющие...
— Они своевременно отвернутся, — заявил Симкин — Я уверен, что епископ Ванье отдал им соответствующий приказ.
Ванье! Все подозрения, сомнения и вопросы, снедавшие Сарьона и на время позабытые за более насущными проблемами, снова всплыли на поверхность. Откуда этот молодой человек знает про епископа? Разве если он и есть шпион...
— Я... я понятия не имею, о чем вы тут говорите, — запинаясь, пробормотал Сарьон и попытался изобразить недоумение. — Я ренегат. Суд каталистов отправил меня в эту жалкую деревню в наказание. Я никогда даже не разговаривал с епископом Ванье...
— Ой, ну хватит тратить время впустую! — перебил его Симкин, откинул кудри с лица и мрачно взглянул на тропу. — Разговаривали вы с епископом. И я с ним разговаривал...
— Вы... вы разговаривали... с епископом Ванье?
Сарьону пришлось ухватиться за ветку, потому что ноги отказались его держать.
— Ну вы только гляньте на себя, — пренебрежительно произнес Симкин. — Слабее котенка! И этого человека послали в одиночку во Внешние земли! — воскликнул он, словно взывая к какому-то невидимому свидетелю.
— Конечно же, я разговаривал с епископом, — сказал он, снова повернувшись к Сарьону. — Его толстейшество вполне ясно и недвусмысленно изложил мне свои планы. «Симкин, — сказал он, — я буду беспредельно вам благодарен, если вы поможете мне в одном дельце». — «Епископ, старина, я всецело к вашим услугам», — сказал ему я. Он бы меня обнял, но есть вещи, на которые я пойти не могу. В частности, я не обнимаюсь с жирными лысыми мужчинами.
Сарьон смотрел на молодого человека в изумлении и замешательстве. Голова у него шла кругом, и он плохо соображал, что говорит его собеседник. Это безумие! Чтобы этот... как его... Симкин говорил с епископом
Ванье? «Его толстейшество»! Однако же Симкину известно...
— Вы, должно быть, шпион! — выпалил Сарьон.