Риск.Молодинская битва.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Следом за первыми гонцами — посланцы к князьям Хованскому и Одоевскому, чтобы поспешили те самолич­но к главному воеводе на совет. Однако прибытия их князь Михаил Воротынский ждать не стал и позвал к се­бе начальника наемников Юргена Фаренсбаха, атамана Черкашенина, воевод большого огненного наряда и гу­ляй-города Коркодинова с Сугорским, а также первого воеводу Ертоула.

Но и малого времени, нужного для сбора приглашен­ных на первый совет воевод, князь Воротынский не те­рял даром. Позвал Косьму Двужила:

— Тебе, Косьма, скакать к Федору Шереметеву. Пере­дай ему мой приказ к исходу ночи ударить по обозу и пле­нить его. После этого, если все обойдется удачно, выйти на Пахру и встать твердым заслоном на переправе. От­влечь, таким образом, часть татарских сил на себя. Ты оставайся там ему в помощники.

— Для верности не послать ли, князь, еще одного гон­ца. А то и двух? Разными путями.

— Отбери две пары дружинников. Сам дай им наказ.

— Ясно.

Косьма — за порог, воевода, глава наемников и ата­ман казаков, — ему навстречу.

— Входите, — приглашает Михаил Воротынский, — рассаживайтесь, разговор недолгий, но весьма важный.

Подождал, пока все рассядутся, только тогда загово­рил. Четко, без тени сомнения, без упования на советы:

— Решил я завтра встречать крымцев иначе, чем нынче. В поле не встанем. Затемно уберу Большой полк и полк Левой руки по оврагам и до срока затаюсь в лесу. Штурм отбивать вам. Еще порубежники подтянутся. Держаться до последней возможности. Когда станет не­вмоготу, дать дым. Для него спешно срубить вышки и подготовить все для густого дыма. Самое главное, не

дать сигнал прежде времени, пока не втянутся все крым­ские тумены в бой. Но и не припоздниться. Помните, ес­ли татарва прорвется за стены, обернется это великой бе­дой. Но не будет большой выгоды и от удара с боков и со спины, если у Девлетки останутся под рукой большие силы. Главным воеводой оставляю Юргена Фаренсбаха. Если всем все понятно, поспешите определиться, где нужней всего окажутся пушки и стрельцы, как сплести ертоульцев-неумех с рыцарями Юргена, казаками ата­мана Черкашенина, с казаками и детьми боярскими из

порубежников. Ночью вместе поглядим, ладно ли все ус­троено.

Вопросов никто не задал, вышли все, задержался лишь атаман Черкашенин. На лице — нескрываемое не­удовольствие.

— Имеешь что сказать, славный атаман?

— Отчего на Юргена оставил гуляй? Иль мало изменя­ли наемники? Иль не научены мы прежним?

— Не гневись, атаман. Юрген — честный рыцарь. Главное же, он может все спокойно взвесить, не в пример тебе. Ты слишком горяч, хотя и головастей воевода, но на сегодняшний день горячность твоя не может быть спод­ручной. Юрген не затмит твоей славы, да и не о славе ду­мать сейчас нужно. Главная наша с тобой думка — о спа­сении России, отчины нашей.

Положив на могучее плечо атамана свою руку, Миха­ил Воротынский добавил с отеческой заботливостью:

— Не тужи. Если все пойдет по задуманному мною раньше, хватит твоим казакам раздолья. Если же Бог рассудит иначе, сырая земля станет нам с тобою смерт­ным ложем. Живые мы не отступим. Не имут сраму толь­ко мертвые.

— Подчиняюсь тебе, чтя твою мудрость, но за немца­ми все же присматривать стану.

— Лишнее это. Встань с ними плечом к плечу. Поверь мне, Фаренсбах — рыцарь честный. Столь же честны и его ратники.

Вошел Никифор Двужил.

— Прибыли князья Хованский и Одоевский. Князь Репнин тоже здесь. Они ждут твоего слова.

— Пусть входят, — произнес князь и напутствовал Черкашенина: — Поспеши мой приказ исполнить. Славу после рати делить станем.

Вполне возможно, не устроил атамана доблестных ка­заков разговор с главным воеводой, но продолжать его уже не было смысла, и Черкашенин склонил голову.

— Не суди зряшно, воевода, не славы ради мое к тебе слово. А насчет животов, я с тобой вполне согласный. Ни я, ни казаки мои не опозоримся в сече!

Разговор с первыми воеводами засадных полков длился дольше. Нужно было определить, в каком месте уда­рит каждый из четырех полков, чтобы не получилась не­разбериха и чтобы удары оказались по возможности од­новременными, что создаст внушительность и приведет к замешательству крымские тумены. На сей раз главный воевода не приказывал твердо, а больше выслушивал первых воевод полков, соглашаясь с одними, поправляя других, — шла выработка общими усилиями совместно­го засадного удара по татарской рати.

В итоге условились так: Большой полк и полк Правой руки налетят по правому боку вдвоем, ибо они не в пол­ных составах; полку Левой руки навалиться на левый бок одному, ибо он полнокровный; Передовому же — са­мая, пожалуй, сложная задача — тыл штурмующих. Стало быть, ему предстояло изрядно проскакать в обход, чтобы оказаться в положенном месте.

Князь Хованский попытался настоять на своем пред­ложении:

— Дозволь все же, князь Михаил, разделив полк, вы­вести загодя к ловким для удара местам? Иначе, ясно и тебе, получится задержка с ударом. Не одновременно со всеми я подоспею. По берегу скакать добрых три версты пару тысячам, версты две еще пару тысячам. Разнотык

не получится ли?