— Король Королей, будет более достойным, если вы выступите до того, как станет действовать Велизарий. Тогда всем станет казаться, что он принял диадему, потому что вы заняли Сирию, а не наоборот.
На Хосрова подействовал этот аргумент: он вызвал снова посланцев Виттиха и обещал им сделать все, о чем они его просили.
По возвращении в Италию, священники пробрались в Равенну, сделав вид, что просто совершали паломничество в Святые места. Они сообщили Виттиху приятные новости. Барак отправился в Павию и там рассказал Урию в качестве шутки о той лжи, которую он «скормил» Хосрову.
У Юстиниана шпионы были повсюду, даже при персидском дворе. Он услышал эту историю еще до того, как ее сообщили Урию. Юстиниан поверил, что Велизарий собирается его предать, начал злиться и волноваться. Немедленно вызвал к себе Нарсеса, Иоанна Каппадохию и Теодору для консультации.
Теодора сказала ему:
— Это просто гнусная выдумка сирийца, более ничего. Ты предпочитаешь окружать себя лгунами, мерзкими личностями и подлецами, и поэтому ты никак не можешь понять, что могут существовать такие вещи, как честь офицера твоих армий.
Но Нарсес начал спорить:
— Я давно это подозревал, Ваше Величество, поэтому не стал подчиняться Велизарию.
Масла в огонь подбавил Иоанн Каппадохия:
— Он замышлял это многие годы. Почему он переложил ответственность на вас за отказ поддерживать условия Виттиха во время осады Рима? Чтобы побольше собрать воинов под свои знамена и дискредитировать Ваше Величество. Когда он объявит себя императором, то сможет противопоставить свою мягкость вашей строгости.
Нарсес решил продолжить:
— Еще одним доказательством его намерений являются итальянские рекруты, которых он готовит к воинской службе.
Далее подтянул Иоанн Каппадохия:
— Он планировал это шесть лет назад, когда был в Карфагене. Константин и его братья-офицеры написали вам предупреждение… — Он так долго не делал этого по причинам стратегического характера, потому что вся Сицилия и Италия были в руках готов, и тогда ему было бы нелегко удержать в своих руках Африку. Но сейчас, когда готы почти разбиты, он метит очень высоко.
Юстиниан задал им вопрос:
— Что же нам делать, друзья? Посоветуйте нам. Нам грозит страшная опасность.
Нарсес ему ответил:
— Без промедления предложите королю Виттиху легкие условия мира, чтобы он их с радостью принял. Тогда Велизарий не посмеет провозгласить себя императором, потому что вы, Ваше Величество, будете очень щедры к готам. Что касается наших офицеров в Италии, они устали от войны, и им все равно, какой договор вы подпишите с королем Виттихом.
Иоанн Каппадохия был с ним согласен:
— Позвольте королю Виттиху удержать половину его сокровищ и все его итальянские доминионы к северу от реки По.
Теодора возразила:
— Меня поражает, что, имея так много фальшивых друзей и открытых врагов на Востоке, Велизарий не сделал того, в чем его облыжно обвиняют. Бонифация давным-давно вынудили к предательству в Африке с помощью подобных обвинений при дворе императора. И таким образом мы потеряли Африку.
Юстиниан ей вкрадчиво ответил:
— Дражайшая половина, не вмешивайся в эти дела, мы тебя умоляем. Мы уже все решили.
Посланцы прибыли из Константинополя с такими условиями мира, что Виттих их с радостью принял. Велизарий проводил их до ворот Равенны и поинтересовался, каковы же эти условия.
Посланники ему ответили, что им было приказано пока не сообщать ему эти условия. Когда они вышли из города и показали Велизарию договор, подписанный Виттихом, потому что им была нужна подпись Велизария для ратификации договора. Велизарий пришел в ужас. Он решил, что императора дезинформировали и он не знал невыигрышного положения готов. Он отказался подписать договор, пока ему не придет письменное подтверждение из Константинополя с нормальными печатями.
Тогда Иоанн Кровавый и Иоанн Эпикуреец, Валериан и даже Бессас начали его критиковать за спиной, что он продлевал ненужную войну. Велизарию стало об этом известно, он собрал их на совет и попросил честно высказаться: неужели они считают нормальными условия договора?
Все полководцы ответили:
— Да, мы так считаем. Мы не можем захватить Равенну, невозможно больше держать наших солдат в болотах. В любом случае, император решил закончить войну, как можно скорее.
— Тогда я не желаю, чтобы вы меня поддерживали в тот момент, когда я отказываюсь ратифицировать договор. Это было бы нечестным по отношению к вам. Вам прекрасно известно, что согласно уставу неподчинение приказам во время войны является тягчайшим преступлением. Его Императорское Величество — мой командир. Я прошу, чтобы вы письменно выразили свою точку зрения.