— Теперь нам необходимо как можно скорее вернуться в Мир Владык, — хмуро ответил Джим.
— Командир! — воскликнул Гарн, и больше ни он, ни Адок не произнесли ни слова. В летательном аппарате воцарилась тишина, пока не очнулся губернатор и не принялся оплакивать своего безвременно усопшего брата, шепча его имя и поминутно всхлипывая.
Звездолет был уменьшенной копией корабля, на котором Джим прибыл с Альфы Центавра 3. Но и он оказался достаточно велик, чтобы вместить полк Старкинов. А принцип действия был традиционно прост и экономичен: командир вызывал в уме образ конечного пункта полета — остальные расчеты проделывал корабль. На пути в колонию кораблем управлял Гарн — Джим не знал цели полета, — обратно звездолет вел он сам.
Незадолго до посадки Джим отозвал в сторону Гарна и Адока.
— Адъютант, — обратился он к Гарну. — Я хочу оставить вас после посадки здесь, на корабле. Вы не должны возвращаться в казармы и докладывать кому бы то ни было о прибытии. Ждите, пока я вас не позову.
Некоторое время Гарн стоял неподвижно.
— Это не по правилам, — наконец сказал он. — Понимать это как приказ?
— Это приказ, — подтвердил Джим.
— В таком случае единственное, что может помешать мне исполнить его — приказы, исходящие непосредственно от Его Величества. Либо если наше пребывание на борту корабля будет противоречить желанию Его Величества. Впрочем, не думаю, что после всех наших приключений у Императора возникнет подобное желание.
— Можете мне доверять, адъютант, — медленно произнес Джим. — Я забочусь о благе Императора, поэтому вы должны мне подчиниться.
— Командир! — понимающе воскликнул Гарн. — Вы возвращаетесь к себе?
— Да, — ответил Джим. — И забираю с собой Адока.
Он дотронулся до руки телохранителя, после чего они вдвоем переместились к Джиму домой. Там было пусто. Джим отправился разыскивать Ро.
Ро оказалась у себя, поглощенная занятиями с питомцами — в данный момент она подрезала когти у человекообезьяны. Появление Джима вызвало у девушки столь бурный прилив чувств, что она побросала все свои инструменты.
— Джим! — воскликнула она. — О, Джим!
На мгновение он прижал ее к себе, потом слегка отстранил и, нежно погладив по волосам, осторожно высвободился из объятий.
— Извини, — сказал он, сжимая ее руки. — Извини, но мне надо торопиться.
Ее глаза обежали фигуру Джима.
— Это твоя военная форма? — Ро захихикала почти со злорадством, а ее пальцы напряглись в ладонях Джима. — Какой ты в ней большой! Скажи, эти полосы заряжены?
— Да, — ответил Джим, не понимая причины ее возбуждения и решив, что ответ должен ее успокоить.
— Да? — Она вновь хихикнула. — Тогда сокруши эту стену! Покажи… Нет, нет, что я такое говорю?.. — Истерика прекратилась, девушка пришла в себя. — Что произошло, Джим? Ты выглядишь озабоченным.
Он разжал руки.
— Боюсь, есть повод для беспокойства, — проговорил он. — Скажи мне, что в Мире Владык голубого цвета?
— Что ты имеешь в виду? — переспросила она. — Голубое?
Джим кивнул.
— Не знаю, — с сомнением в голосе отвечала Ро. — Обычно мы носим белую одежду, ты знаешь. Иногда немного красного… Если и есть здесь что-нибудь голубое, то, скорее всего, сувениры из иных миров — Высокородные их иногда привозят.
— Подумай, — пристально глядя, сказал Джим. — Постарайся припомнить.
— Но ведь действительно ничего… О! — улыбнувшись, вспомнила она. — Могу назвать голубое небо, голубую воду… Да, еще, — она вновь улыбнулась. — Если хочешь знать, у нас есть Голубой Зверь Императора, скрывающийся в дворцовых покоях.
— Голубой Зверь? — Вопрос прозвучал настороженно, и Ро невольно побледнела.
— Ну да. — Она с подозрением глянула на Джима. — Но это все ерунда. Всего лишь игрушка, которой Император играл в детские годы. Правда, потом ему стали сниться кошмары, и игрушку спрятали. Наверное, теперь никто не помнит, кто и куда ее спрятал, да это никому и не нужно. Дошло до того, что все предметы голубого цвета раздражали Императора, поэтому, где бы он ни находился, голубое тотчас убирают подальше. А почему это так важно?