Измученные шестнадцатичасовым Балом танцоры цеплялись друг за друга. Ноги у них болели, спины сутулились. По широкому залу еще двигалось восемь пар, и усталые оркестранты подпитывали их самой медленной музыкой, на какую только были способны. Рассредоточившись по окоему мира, где небо сливалось с голубой плиткой пола, сидело около пятисот человек. Расстегнув пуговицы на одежде и раскрыв рты, они глазели на танцующих, подобно серебряному карасю, таращившемуся в зеленый сумрак с праздничного стола
— Думаешь, будет дождь? — спросил Мур.
— Да.
— И я так думаю. Но довольно о погоде. Давай лучше о той неделе, которую ты провела на Луне.
Она улыбнулась.
— А чем тебя не устраивает старушка Земля?
Кто-то вскрикнул. Почти тотчас раздался звук пощечины.
— Никогда не был на Луне.
Казалось, Леоту это слегка развеселило.
— А я была. Но мне там не понравилось.
— Почему?
— Там холодно. За куполом пляшут безумные огни, и кругом — безжизненные черные скалы. — Она сделала гримаску. — Словно кладбище у конца времен…
— Ну, хорошо, — согласился Мур. — Не будем об этом.
— …А под куполом тебя не оставляет чувство, будто ты — бестелесный дух…
— Все, все.
— Извини. — Она коснулась губами его шеи. Он прижался губами к ее лбу. Она улыбнулась. — Круг утратил лоск.
— Это не имеет значения. Нас уже не снимают.
Возле гигантского праздничного стола в форме морского конька зарыдала женщина. Музыканты заиграли громче. Небо пестрело люминесцентными огоньками морских звезд, которые плыли по наводящему лучу. Одна из звезд окропила Мура и Леоту соленой водой.
— Завтра улетаем?
— Да, — ответила она.
— Как насчет Испании? Сейчас там сезон созревания вишен. Праздник
— Хуэгос Флоралес де ла Вендимья Херезана. Возможно, последний.
— Опять фейерверки, — вздохнула она. — Слишком шумно.
— Зато весело.
— Весело. — она скривила губы. — Давай лучше махнем в Швейцарию. Притворимся, будто мы совсем старенькие и дряхлые. Или придумаем еще что-нибудь романтичное.
— Некрофилка! — Мур поскользнулся на влажном пятне и едва не упал.
— Лучше уединиться в горной Шотландии на берегу какого-нибудь лоха. У тебя будет твой любимый туман, а у меня — парное молоко и соусированный табак…
— Нет! — воскликнула она, перекрывая пьяную болтовню окружающих. — Лучше в Нью-Гэмпшир.
— А почему не Шотландия?
— Я еще ни разу не бывала в Нью-Гэмпшире.