- Извините меня, - сказал он, сдержанно поклонившись. - Я не хотел нарушать ваше уединение.
Он повернулся, как будто хотел уйти, но, не дав ему сделать этого, она заговорила.
- Не уходите, - крикнула она ему вслед, и ей тут же захотелось откусить себе язык. Несмотря на тот поцелуй, было ясно, как божий день, что ему не хочется находиться рядом с ней. Ей тоже не хотелось находиться рядом с ним. Ведь она пыталась забыть о нем. Да и что, черт возьми, могли они сказать друг другу, если бы он остался? - Я хотела сказать, - добавила она, - что вам не следует уходить из-за меня, милорд. Как цивилизованные люди, мы наверняка сможем урегулировать вопрос о совместном пользовании балконом.
- Хочется надеяться, что это так, - ответил он, хотя по его тону чувствовалось, что он в этом сомневается, но с балкона он не ушел. Он стоял на месте, кажется, целую вечность, потом направился к ней.
Мария смотрела в сторону. Пока он приближался, она изо всех сил старалась изобразить величественное безразличие, но когда он подошел, ее сердце так громко билось в груди, что ей казалось, будто она слышит его удары. Что, черт возьми, с ней происходит?
Он остановился по другую сторону разделявшей их низкой стенки, осмотрел балконы домов, расположенных напротив, и лишь потом заговорил:
- Хорошая погода.
- Да, - сразу же согласилась она, с благодарностью ухватившись за эту тему. - Солнце светит, - сказала она. Тупость этого замечания заставила ее поморщиться, но она почувствовала на себе его взгляд и заставила себя взглянуть на него и добавить: - Приятно немного погреться на солнце.
- Да, вы правы, - согласился он, улыбнувшись, и переключил свое внимание на открывавшийся с балкона вид.
Она сделала то же самое, но, заметив, что он засунул сигару в нагрудный карман пиджака, спросила:
- Разве вы вышли сюда не для того, чтобы покурить?
- Да.
- В таком случае почему вы убираете свою сигару? Я не возражаю, если вы закурите.
- Зато я возражаю. Курить в присутствии леди не принято. Я знаю, что это старомодное понятие. - Он снова взглянул на нее и чуточку вздернул подбородок. - Смейтесь, если хотите.
- Я не буду смеяться, - сказала она и заметила, что эти слова доставили ему явное облегчение. Этот редчайший случай, когда он показал свою уязвимость, обезоружил ее. Обычно Филипп не давал окружающим никакой информации о своих чувствах. - Вы очень внимательны, - сказала озадаченная Мария. - Спасибо.
- Не стоит благодарности, - сказал он и посмотрел в сторону. Краткий момент, когда стала заметна его уязвимость, прошел, как его и не бывало. - Сегодня приятный, довольно крепкий ветерок, - сказал он, возвращаясь к прежней теме их разговора.
Она пробормотала подходящий ответ, но, хотя вежливый разговор о погоде был тем, что принято в данных обстоятельствах, она была слегка разочарована. Этот человек подарил ей самый страстный, самый романтический поцелуй за всю ее жизнь, а когда она увидела его в следующий раз, они говорят о погоде. Она почувствовала себя униженной.
Они говорили о погоде. Великолепно. Приятная, безопасная тема. Филипп почувствовал, как овладевшее им напряжение мало-помалу отпускает его. Такие разговоры, даже если они ведутся с ней, едва ли могут возбуждать.
- Хороший ветер. - Он почувствовал себя обязанным добавить: - Очищает воздух.
- Это правда, - согласилась она, - воздух в Лондоне обычно отвратителен.
Оба снова замолчали, и стало ясно, что требуется другая нейтральная тема разговора. Но пока он пытался придумать новую тему, ветерок донес до него ее запах - запах ванили и корицы, преследовавший его уже много дней. «Боже милосердный, - в каком-то отчаянии думал он, - почему эта женщина всегда пахнет как десерт?» Он почувствовал, что его самоконтроль готов сдать позиции. Усилием воли он постарался восстановить его. - Подготовка к балу идет полным ходом? - поинтересовался он.
- О да. В данный момент мы, конечно, завалены работой, однако все идет гладко.
- Отлично. Больше не было никаких неприятностей с третьей духовкой? - спросил он и, когда она покачала головой, добавил: - Жаль.
- Это почему же?
- Эти маленькие шоколадные штучки с мятой были необычайно вкусны.
Она повернула голову, и ее улыбка поразила его как удар. Он втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы. Духовка, напомнил он себе. Они говорили о духовке. Он заставил себя вновь заговорить:
- Не хотите ли, чтобы я заменил ее? Я имею в виду духовку? Если пожелаете, я ее заменю.
Она на мгновение задумалась над его предложением, потом сказала:
- Спасибо, но мне кажется, что в этом нет необходимости. Я даже думаю, что совсем неплохо научить своих подручных работать с оборудованием, далеким от идеального.
- Очень разумно. Но если вы передумаете и захотите, чтобы я ее заменил, дайте мне знать.