Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Виктор Полищук

Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца)

Мы хотим ознакомить читателей с фрагментами книги Виктора Полищука «Горькая правда. Преступления ОУН-УПА (исповедь украинца)», изданной в Торонто. Книга эта во многом необычна. И прежде всего, личностью автора и его позицией.

Виктор Варфоломеевич Полищук родился в 1925 г. на Волыни, на территории, принадлежавшей до 1939 г. Польше. Происходит из этнически смешанной семьи (отец — украинец, мать — полька), коих великое множество проживало на Волыни. По вероисповеданию — православный. В сентябре 1939 г., когда советские войска вошли в Западную Украину, отец В. Полищука был арестован энкаведистами. До сих пор о его судьбе ничего не известно. Виктор Полищук с матерью и сестрами был депортирован в Северный Казахстан. В 1944-46 гг. работал в Васильковском зерносовхозе Днепропетровской области. В 1946 г. выехал в Польшу, где получил высшее юридическое образование. С 1981 г. проживает в Канаде, владеет собственным издательским предприятием. Имеет ученые степени кандидата юридических наук и доктора политологии, автор ряда научных и публицистических работ. Книга «Горькая правда» повествует о малоизвестных у нас событиях времен второй мировой войны в Западной Украине: массовых убийствах членами Организации Украинских Националистов и Украинской Повстанческой Армии мирного польского населения, а также украинцев, помогавших им. В.Полищуком собрано огромное количество документально подтвержденных фактов о злодеяниях борцов за «украинскую идею». Нельзя не отдать должное мужеству этого человека. Его стремление напомнить о горьких уроках истории, помешать возрождению украинского национализма, в котором он видит страшное зло, вызвало ненависть бандеровцев разных поколений и украинской диаспоры в Канаде и США, в большинстве своем, по утверждению автора, контролируемой ОУН. Далекий от реалий современной Украины В. Полищук искренне не может понять, как историки, вчера еще клеймившие бандеровщину, сегодня оправдывают ее, как деятели литературы, когда-то проливавшие поэтические слезы над жертвами националистических преступников, теперь воспевают их палачей. Украинский народ не заражен национализмом, утверждает В. Полищук в своей книге. Национализм стремятся возродить, насадить в Украине. В ответ на обвинение в антипатриотизме он замечает: «Не народ свой обвиняю, а очищаю от той скверны, что являет собой ОУН-УПА».

ЧастьII. Преступления Украинской Повстанческой Армии

Раздел I

О преступлениях Украинской Повстанческой Армии

Тот, кто не помнит уроков истории, обречен пережить их еще раз. Украинская Повстанческая Армия — это хороший или плохой урок для украинцев? Заносить его в учебники как пример героизма и славы или нам стыдиться за деятельность УПА, каяться?

Жертвы УПА. Любомль. В местности Острувки возле Любомля, в Украине, происходит эксгумация останков поляков, расстрелянных УПА 30 августа 1943 г. В тот день погибло в Острувках более 1700 поляков из сел: Острувка. Воля Островецка, Яновец и Куты. Их останки будут перенесены на польское кладбище в Рымачах около Ягодина («Газета», Торонто, 24–25 августа 1992 г.).

«Перед войной я закончил 9 классов. Когда немцы забирали молодежь в Германию на каторгу, то взяли и меня. Но мне посчастливилось убежать, и я вступил в партизаны. Попал в партизанское объединение М.Шукаева, которое прошло с боями по тылам от Чернигова до Чехословакии. То есть через Житомирщину, Ровенщину, Тернопольщину, Львовщину, Прикарпатье… Так что с бандеровцами (ОУН, УПА) приходилось встречаться не раз и не два. И не за столом, а в боях… Не дай Бог было попасть им в руки! Издевались хуже немцев. Вырезали на груди или на лбу звезды, выкручивали руки, ноги, истязали до смерти. А сколько они сожгли польских сел и вырезали «священными ножами» поляков! Сколько мирных людей, служащих, учителей перебили уже после войны! Вот какой была их борьба за вольную Украину («Робітнича газета», Київ, 29 сентября, 1992 г.).

Конференция «Украинская Повстанческая Армия и национально-освободительная борьба в Украине 1940–1950 гг.», которая проходила в Киеве в августе 1992 г., рекомендует Президенту Украины: «Конференция ставит вопрос о том, чтобы законодательные органы новой Украины признали ОУН, УПА, УГОР (Украинская Главная Освободительная Рада) наиболее последовательными борцами за независимость Украины, а бойцов Украинской повстанческой Армии — воюющей стороной.» («Новий шлях»; Торонто, 26 сентября 1992 г.)

М.Зеленчук, председатель Всеукраинского братства УПА на Софийской площади 26.08. 1992 г. требовал: «Признать борьбу УПА как справедливую освободительную борьбу украинского народа за свою Независимую Державу» («Гомін України», Торонто, 16 сентября 1992 г.)…

Так что ж такое УПА?.. Была ли это армия, которая принесла славу Украине?

Доказательства преступлений УПА

Если бы описать все злодеяния УПА против польского и украинского народа, о которых есть доказательства, то нужно было бы издать отдельную книгу, приводя лишь только факты без комментариев на сотнях страниц мелким шрифтом. Я сам собрал более ста, подписанных конкретными людьми, с указанием адреса. Но сначала приведу личные доказательства.

Летом 1943 г. моя тетка по матери Анастасия Витковская пошла с соседкой-украинкой днем в село Тараканов, расположенное в трех километрах от г. Дубно. Разговаривали по-польски, так как тетка, женщина неграмотная, родом из Люблинщины, не смогла научиться украинскому языку. Пошли они, чтоб поменять кое-что на хлеб, так как у тетки было шестеро детей. Никогда ни она, ни дядька, Антон Витковский, тоже человек совсем неграмотный, не только не вмешивались в какую-либо политику, но и не имели о ней никакого представления. И ее, а также соседку-украинку, убили бандеровцы из УПА или Самооборонных кустовых отделов (в них входили вооруженные часто вилами, ножами местные крестьяне, подчиненные ОУН-УПА) только за то, что они разговаривали по-польски. Убили зверски топорами и бросили в придорожный ров. Об этом мне рассказала другая тетка — Сабина, которая была замужем за украинцем Василием Загоровским.

Родители моей жены жили до войны в Полесье. Ее отец — чех, а мать — полька. В семье разговаривали по-польски. Когда в начале 1943 г. в южном Полесье начались массовые убийства поляков, вся семья убежала к родителям отца в село Угорек около Дермани.

Однажды знакомый украинец сообщил тестю, что УПА готовится уничтожить его семью. Они убежали в Кременец. Кто-то слышал разговор этого молодого украинца с отцом моей жены. Его, подозревая в «измене», повесили в центре села и прицепили на грудь табличку: «Так будет со всеми изменниками». Повешенного не разрешали снимать в течение нескольких дней.

Два факта, которые имели место в разных местах в разное время. Их объединяет одно: авторство ОУН-УПА, беспричинность убийств. У моего отца был брат, Ярохтей, который жил в с. Липа Дубенского района. За то, что он открыто клеймил УПА, его убили выстрелом в рот. Дядька Ярохтей был обыкновенным малограмотным крестьянином.

Нет возможности в одной книге рассказать обо всех отдельных массовых убийствах поляков и украинцев, совершенных ОУН-УПА, поэтому ограничусь лишь некоторыми.

Очень близкий мне человек М.С. рассказал: «24 марта 1944 г. в морозную ночь бандеровцы напали на наши хаты, подпалили все строения. Жили мы в селе Поляновице (Цыцивка) Зборовского уезда (автор называл старое административное деление — ред.) Тернопольской области. Отец мой, поляк, женился на украинке. С украинцами из соседних сел мы жили в мире. Мы слышали об убийствах на Волыни, но сначала не думали, что и нас могут убивать. Где-то в феврале 1944 года бандеровцы (мы не разбирались, кто в УПА, кто в другой группе — всех называли бандеровцами, так как они сами славили «вождя» Бандеру) поставили перед нашим селом требование о выкупе. Крестьяне деньги собрали и отдали бандеровцам. Но это не помогло. Ночью все мужчины, то есть отец, младший брат и я, как и в другие ночи, спали в убежище под хозяйственными постройками. Мать (украинка) с двумя моими сестрами и сестрой отца, которая вышла замуж за украинца из-под Харькова, ночевала в хате. Сразу же после полуночи мы почувствовали запах дыма и догадались, что УПА подожгла дома. Я выскочил из погреба, подняв ляду. По мне, убегающему, стреляли, но не попали. Отец тоже пытался выбраться из погреба, но не смог — сгорел. От дыма задохнулся мой младший брат. Мать, убегающую из горящего дома, ранили, но она спаслась. Убежала также семилетняя сестра, хотя и получила ранение в колено. Убежала также сестра отца, которую ранили выстрелом в руку, вследствие чего руку пришлось ампутировать. Вторая 13-летняя сестра, убегая, попалась на глаза бандеровцу, который проколол ей грудь штыком, и она погибла на месте. Этой же ночью бандеровцы сожгли и убили соседей наших — Белоскурского и Барановского и других из нашего небольшого села»…

Т. Г. из Глухолазов (Польша) пишет: «Мы жили в польском селе Чайков, уезд Сарны. В июне или июле 1943 г. приехали перед обедом бандеровцы на конях. Окружали дома, поджигали их, а тех, кто из них убегал, убивали топорами, штыками… УПА не боролась с немцами. До войны у нас не было вражды между украинцами и поляками».

Э.Б. из США: «Жили мы в селе Радоховка. В марте 1943 года в полночь уповцы подожгли дом соседа Янчарека. В тех, кто из него убегал, стреляли. Спасся только сын Ян, остальные погибли: Яков Янчарек, его жена, мать, сын Януш, дочь Ледзя, вторая дочь с грудным ребенком. Жертвы бандеровцы бросили в колодец. Моя мать была убита в мае того же года — шла в село, и ее застрелили.

До войны мы с украинцами жили в согласии…

3-Х. из Польши, г. Валч: «Село Николаевка на Волыни. Нападение бандеровцев было 24.04.1943 г. на рассвете. Бандеровцы вошли в нашу хату и начали пытать, коля штыками. Принесли солому и подожгли. Меня также пробили штыком, и я потерял сознание, упав на тетку. Когда пламя добралось ко мне, я пришел в себя и выскочил в окно. Бандеровцев уже не было. Мой стон услышал сосед—украинец Спиридон, он занес меня к другому украинцу — Безухе, который на лошади повез меня в больницу. Вследствие нападения погибли 14 человек, среди них была беременная женщина»…

Г.К. из США: «14 июля 1943 г. в Колодне бандеровцы замучили 300 человек. Согнав их, приказали лечь, мол, будут делать обыск. В лежачих начали стрелять. Свидетель — Антек Полюля. Бандеровцы из Колодни: Андрей Шпак, Семен Коваль, Володя Сничишин, из Олешкова — Павел Романчук. К убийству призывал поп, который говорил: «Будем святить ножи, чтобы кукель из пшеницы вырезать».

В.В. из Великобритании сообщает, что 12.07.1943 г. в селе Загаи бандеровцы убили — и тут список из 165 фамилий, среди них грудные дети, беременные женщины, старики. Он говорит, что до войны с украинцами были нормальные отношения, враждебность началась тогда, когда Гитлер начал обещать вольную Украину.»

Г.Д. из Польши: «Во вторник, 14 июля 1943 г., в селе Селец Владимир-Волынского района украинцы убили двух пожилых людей — Юзефа Витковского и его жену Стефанию. Их застрелили в собственной хате, которую потом подожгли. После полудня этими же топорами убили двух пожилых людей Михаловичей и их 7-летнюю внучку, мужа и жену Гроновичей, экономку ксендза по имени Зофия. В убийствах принимал участие Иван Шостачук, который до войны был в польской армии капралом и поменял свое вероисповедание на римско-католическое. Его младший брат Владислав, православный, предупредил семьи Морелевских и Михалковичей. В банде был украинец — Юхно, который убивал поляков, а его отец спас семью Стичинских. До войны отношения с украинцами были хорошими, портиться они стали в начале 1943 года, когда из Львовщины и Станиславщины начали прибывать агитаторы, которые бунтовали украинскую молодежь, обещая вольную Украину. Не все поддавались нашептыванию, в частности, не поддавались люди старшие по возрасту. Учительницу начальной школы Майю Соколив, жену заведующего школой, которую прислали из Советского Союза, русскую, вместе с мужем, матерью и годовалым сыном Славиком утопили в колодце. Из семьи Морелевских бандеровцы убили родителей, невестку Ирену (19 лет) и сына Юзефа (20 лет). Всех, кроме Ирены, убили недалеко от леса. Ирену забрали в хату руководители банды, держали ее в подвале, насиловали, а потом выбросили в колодец. Ирена была беременной. Смешанные семьи также убивали.»

Я.Д. из Канады: «На наше село Лозов Тернопольской области, что над речкой Гнездечной, бандеровцы напали в ночь на 28 декабря 1944 года. Замучили около 800 человек. Первая группа бандеровцев после сигнала ракеты била окна и выламывала двери, вторая группа убивала, а третья грабила, после чего поджигали дома…»

В.М. из Канады: «Село Грабина, Владимир-Волынская область. 29 августа 1943 г. в воскресенье пришла весть, что бандеровцы убивают: Отец приказал мне спрятаться. Когда вошли в наш двор, там была моя мать, которую сразу же застрелили из пистолета. Отец это увидел и, выйдя, сказал: «Что вам нужно, ведь я вам ничего плохого не сделал?» Бандеровец в ответ ударил его топором в голову. Отец упал, тогда бандит в него еще и выстрелил. Мать убили сразу, а сестру на третий день.»

Е.П. из Польши прислала выписку из парафиальной книги села Мосты Великие около Жовквы, в которой обозначено 20 убитых. В селе Рокитна в вербное (католическое) воскресенье было убито топорами 16 человек, а три человека: Казимир Витицкий, паламарь, его жена и ребенок были утоплены в проруби.