Ветры Дарковера: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Другим выходом из замка, тайным его можно было назвать лишь условно, имея в виду то, что он не использовался много лет и никто больше не охранял его — был проход, ведший в утес к заброшенной кузне, где в давние дни Дарковера жил темный, низкорослый народ гор, поклонявшийся огню, пылавшему в их кузнях. Они делали древние мечи и необычно красивые предметы, которые те, кто ни разу не видел как их используют, называли магическими. Огонь в кузне молчал много веков, маленький народ отступил в более дальние предгорья. Сторны пришли сюда гораздо позже.

Ребенком Меллита с братьями и сестрой обследовали пещеры и заброшенные жилища племени кузнецов. Но они исчезли вместе со своей магией. Их жалкие и немногочисленные остатки жили теперь в деревнях, неподалеку от Сторна; захваченные и угнанные вместе с крестьянами, они были более беспомощны, чем сама Меллита.

Она снова посмотрела вниз с балкона, рот ее скривился и это в лучшее время можно было назвать улыбкой. Мне бы сейчас крылья — думала она, стража моя слишком боится Брайната, чтобы потревожить меня здесь, в этой комнате, они останутся снаружи в проходе и поклянутся ему, что я внутри. Если бы знать заранее, я могла бы лучше приготовиться, стоило мне провести детство в комнате с одним из тайных ходов. Я знаю дюжину способов вырваться из замка, но сначала мне нужно выйти из этой комнаты, а я не могу придумать, как это сделать.

Легкий отблеск внизу показал ей, что на нижнем этаже и несколькими комнатами ближе, Аллира вошла в Королевские покои. Она подумала в отчаянии, что лучше бы Сторн разбудил Аллиру. Есть старый тайный ход из королевских покоев вниз, к деревне горных людей. Аллира могла бы просто дождаться, когда Брайнат уснет и ускользнуть…

Сумасшедший план закрутился у нее в голове. Ей нужно было только добраться до сестры. Охрана проводит ее до дверей Королевских покоев, но внутрь не войдет, но сумеет ли она попасть туда и найти старый выход? Могла ли она рассчитывать на Аллиру, чтобы та одурачила его, споила, заняла бы его болтовней или даже чувственной игрой, пока она, Меллита, проскользнет мимо?

Я не рискну положиться на Аллиру, — думал она почти с отчаянием. — Она не продаст меня, но у нее не хватит смелости помочь мне или рискнуть рассердить Брайната. А если спуститься в ее комнату, как долго я могу рассчитывать остаться в одиночестве, прежде чем они оповестят Брайната или встревожатся, когда я не вернусь? И, если я исчезну из ее комнаты, они разорвут ее на части, чтобы узнать как я ушла, и погоня за мной уйдет еще до восхода солнца. Это бессмысленно.

Но мысль стучалась. Это просто был ее единственный шанс. Конечно, это означало бы поставить все на единственный бросок, если Брайнат вдруг вернется, пока они будут с Аллирой вдвоем, в нем может проснуться подозрительность и тогда сестру могут переместить в более безопасное место.

Насколько было известно, стражникам было приказано докладывать Брайнату, если она проговорит с сестрой более нескольких минут.

Но если никто не узнает, что я у нее?

Как можно попасть к Аллире и остаться незамеченной?

Древние дарковерцы владели такими секретами. Магическая электрическая сеть, охранявшая сон Сторна, была только одной из сил, знакомых Меллите, но все другие были сейчас бесполезны. Существовали магические плащи, набрасывающие иллюзорный покров на одевшего их, позволяющие ходить незамеченными, избегая свет, но если даже у Сторна и был такой, она не знала, где он сейчас и как им пользоваться. Она могла до восхода проскользнуть в башню, натянуть на голову магическую птицу и улететь прочь от замка — но только в иллюзии. То, что она увидела бы, соответствовало бы действительности — Сторн, как она знала, наблюдал так за битвой — но тело его лежало бы в трансе в Башне, и рано или поздно ее вернули бы назад. Это тоже был бесполезный способ. Мне нужны крылья, подумала она. Если бы я могла просто полететь с этого балкона вниз в Королевские покои, где Брайнат держит Аллиру…

Она мысленно замерла. У нее нет крыльев. Думать об этом бессмысленно. Но у нее две крепкие руки, две сильные ноги, десять цепких пальцев и тренировка с раннего детства, когда она лазала по скалам.

Она подошла к краю балкона, все фантазии и планы испарились, начался холодный расчет. Она не могла, просто полететь в Королевские покои. Но владея силой, осторожностью и некоторой долей везения, было весьма вероятно, что она сумеет спуститься туда.

Борясь с внезапным приступом слабости, она перегнулась через перила. Сорок метров грубого, тесаного камня уходили в бездну. Но стены замка не были ни отвесными ни гладкими.

Много веков назад замок был сложен из дикого камня, разрубленного на крупные глыбы и загнанного на место древними снарядами, которые быстро затупились бы, будь камень гладким. Множество оконных выступов, арочные проемы, балконы, наружные лестницы топорщили стены.

В детстве, думала она, мы со Сторном часто лазили повсюду. Меня однажды высекли за то, что я до смерти перепугала нашу няню, забравшись на балкон третьего яруса и корчив ей оттуда рожицы. Я научила Эдрика лазить по нижним балконам. Я никогда не забиралась так высоко — я боялась упасть. Но эта часть замка, вероятно, такая же доступная, как и нижняя.

Она знала, что если упадет, то разобьется насмерть о скалы. Но почему я должна упасть с сорока метров, если я сумела не упасть с пяти?

Потому что не представляла, что может случиться, если свалиться с пяти метров, думала она, но она задавила этот голос, спрятала его в маленькую коробочку, засунула его в самую дальнюю часть сознания и оставила там. Да, пусть я погибну, взывала она к самой себе, но Эдрик не боялся смерти в бою, а если и боялся, то все равно пошел на это. Я сама брала лук и стрелы, и меня могли подстрелить. Если я готова была умереть тогда, в надежде защитить Высокий Сторн, то почему я боюсь этого сейчас? Погибну, так погибну, во всяком случае, мне не придется бояться сброда Брайната, выстроившегося в очередь, чтобы изнасиловать меня!

Это нельзя было назвать успокаивающей мыслью, но на настоящий момент, решила она, сгодится и это. Помедлив мгновение, она положила руки на перила. Стянув шерстяные перчатки, она засунула их глубоко в карманы бриджей Эдрика. Вновь расстегнув плащ, она скрутила его так плотно, насколько это было возможно, и приколола к талии, чтобы он не зацепился за каменный выступ. Наконец она скинула ботинки и дрожа на ледяным ветру, перекинула их за шею, связав за шнурки. Если узел зацепиться за камень, она может упасть, но без них она будет беспомощной в снегу, а ее тренированное чутье на погоду говорило ей, что его недолго ждать. Затем, не давая себе времени на раздумье, она перелезла через перила, посидела там, оценивая взаиморасположение требуемой комнаты и балкона — на пятнадцать метров ниже и почти на сорок влево — скользнула вниз, и упираясь ногами в чулках в неровности камня, находя опору для рук, распласталась на диком камне.

Впадины меж валунами казались меньше, чем она помнила с детских лет, и дорогу на холодном камне приходилось искать ощупью. Ноги застыли от холода, прежде чем она продвинулась на пять метров, и она ощутила как один, а затем и другой ноготь сломался, сорвавшись с грубого камня. Свет луны был бледным и мерцающим, и дважды белая полоска, казавшаяся трещиной в камне, оборачивалась крошащимся, отвратительно пахнущим птичьим пометом. Но Меллита, как слизняк, прилипала к каждой трещине и никогда не продвигалась более чем на одну руку или ногу за один шаг.

Благодарение Эванде, думала она мрачно, что я крепкая и сильная от постоянных скачек. Будь я из тех девушек, что постоянно сидят за вышивкой, я свалилась бы через два метра! Меллита чувствовала, как дрожит от холода и как напряжен каждый мускул. Она так же понимала, что в лунном свете ясно видна на фоне стены замка — прекрасная мишень для любого часового, которому вздумается поднять голову. Был момент когда она замерла, вздрагивая, когда из-за угла ветер донес до нее обрывки голосов и тусклый свет, и она поняла, что под ней идет по каким-то своим делам один из солдат Брайната. Меллита закрыла глаза, молясь, чтобы он не поднял головы. Он не поднял. Распевая пьяную песню, он встал в сорока метрах под нею на узкой тропке меж замком и утесом, расстегнул ширинку и помочился в бездну.

Она намертво вцепилась в камень, стиснутая судорогой истерического смеха. Прошел, казалось, час, прежде чем он наклонился, подхватил фонарь, привел в порядок одежду и двинулся дальше. Меллите показалось, что она забыла, как надо дышать, но, заставив себя сделать вдох, двинулась вниз, к освещенному балкону.

Сантиметр за сантиметром — палец — ногу, холодный метр за один раз, она, как муравей, ползла вниз по стене.

Однажды ее сердце дернулось и замерло, когда камень раскрошился под ее пальцами, и она услышала, как он падает, отскакивай от скалы, с громом, подобным пушечной пальбе, пока наконец не исчез во мраке. Напрягая каждую мышцу, она на несколько минут затаила дыхание, уверенная, что звук приведет солдат, но когда она открыла глаза, замок все так же стоял безмолвным, омытый лунным светом, и она все еще прижималась к спокойной тверди стены.

Свет луны значительно потускнел, скрытый склоном горы, и внизу начал подниматься плотный туман, когда ее ступни наконец коснулись камня балкона и она, расслабившись, соскользнула, упала на каменные перила и скорчилась там, облегченно переводя дыхание. Вновь сумев двинуться, она засунула руки в перчатки, ноги в ботинки и плотно укуталась в плащ, сжавшись в комок, чтобы не дрожать.

Первое препятствие позади. Но сейчас она должна по пасть внутрь и привлечь внимание Аллиры, не потревожив Брайната. Назад дороги не было, она зашла слишком далеко.

Как маленькое дрожащее привидение, она проползла по балкону и прижалась лицом к прожилкам цветного стекла, закрывавшего балконную дверь. Дверь была заперта изнутри и прикрыта тяжелым гобеленом, и Меллита внезапно истерически представила себе, что будет сидеть здесь как птица много дней, таращась в стекло, пока кто-то не посмотрит наверх и не увидит ее.

Она также испугалась, что именно Брайнат откинет занавес и посмотрит ей прямо в лицо.

Она попыталась заставить себя приблизиться к стеклу, но картина свирепого лица Брайната была столь яркой, что она буквально не смогла заставить себя поднять руку. Она знала, что он там. Соскользнув на пол, она ждала, дрожавшая и измученная, а в голове у нее все пылало.

Сторн, Сторн, ты приходил ко мне раньше, помоги мне сейчас! О, Боги гор, что делать мне?! Она просила и приказывала своим ослабевшим членам, но лежала, сжавшись в комок, замерзшая и неподвижная, на протяжении многих часов, как ей казалось.