Она отсоединилась, затем набрала справочную: посмотрите-ка, доктор Оупиц и правда была в списках. Она позвонила в приемную врача и, как только секретарь поняла всю серьезность ситуации, то сразу же соединила ее с доктором.
- Эшли, это Шарон Оупиц. Что случилось?
- У меня кровь идет, Шэрон, - прошептала она в трубку. – Все кончено, верно?
- Черт, нет! – заорала доктор так громко, что Эшли отняла трубку от уха, поморщившись. – Это может быть что угодно, тысяча причин, и многие из них не причинят вреда ребенку. Пять месяцев – это немного поздновато для непроизвольного выкидыша, ясно, Эшли? Может, все не так плохо, как тебе кажется. Где ты?
- Дома. Виктор уже едет, будет здесь через пару минут.
Если не убьется по дороге, мчась, как идиот.
- Хорошо. Не ждите скорую, пусть Виктор отвезет тебя в Окружной госпиталь Массачусетса. У меня там связи, и он всего в пятнадцати минутах езды. Встретимся там, ладно? Поднимитесь на десятый этаж и скажите свое имя, они все приготовят. Попытайся не удариться в панику, хорошо, деточка? Как я сказала, это может быть что угодно.
- Что мне... кровь, она...
- Возьми полотенце и засунь между ног. Не время скромничать, Лорентц-Лоуренс. Виктор отнесет тебя в машину, а когда приедете в больницу, тебя посадят в кресло-каталку.
- Я не могу! – закричала Эшли. – Боюсь пошевелиться.
- Ты же не можешь телепортироваться в госпиталь, Эшли – строго сказала Оупиц. – Сейчас же соберись.
Тон Шэрон произвел желаемый эффект: внезапно Эшли почувствовала себя глупо и почти устыдилась, что так суетится. Она повесила трубку и услышала, как входная дверь резко распахнулась, и послышались тяжелые шаги. Виктор ворвался, когда она встала, чтобы найти полотенце.
- О, Боже, – закричал он, и она решила, что все выглядит гораздо хуже, чем есть.
- Мне нужно полотенце, - спокойно сказала она, – а потом ты должен отвезти меня в окружной госпиталь.
Он поднял руки и попятился к двери.
- Не двигайся. Я принесу. Не шевелись ни на дюйм. О, Боже мой. Тебе больно?
- Нет, – это хорошо? Она подумала, что да. Не было ни судорог, ни боли от схваток. – Вообще-то, нет. Я ничего не чувствовала, пока не заметила кровь.
Он вернулся и почти шлепнул на нее полотенце; она взяла его, сложила вчетверо и положила между бедер. Он наклонился, чтобы поднять ее и в панике поднял вместе с креслом. Он повернулся и прошел к выходу, не заметив этого, когда ножки кресла ударились о дверной проем.
- Виктор.
Он развернулся, чтобы было удобнее пройти с ней и креслом через дверь, и она практически заорала.
- Виктор, опусти кресло.
- Что? – он посмотрел вниз и заметил, что держит офисное кресло на колесиках вместе со своей женой. Он слегка качнул ее, и кресло отлетело, упав на пол. – Черт, зачем ты взяла его, если оно тебе не нужно? – сорвался он, и она напомнила себе, что он также испуган и потрясен, как и она.
- Все будет в порядке, - произнесла Эшли, но, боже, это звучало как ложь.
- Я знаю, - ответил он.
А теперь, мрачно подумала она, мы оба лжем.
Глава 21
По пути в госпиталь в машине зазвонил телефон. Виктор ударил по кнопке громкой связи и рявкнул:
- Что?
- Эээ, Виктор? Это Кристал.
- Не сейчас, - сорвался он, уворачиваясь, чтобы не врезаться в грузовичок с хлебом.