— Бренди с содовой, — ответил тот.
— Мне тоже, — добавил Северид.
Полэм разглядывал свои начищенные сапоги.
— Ну и дьявольский вечер! Я очень волновался за Пат. Она только и думает, что о Глории… Как, впрочем, и все мы. И я боялся, что она сорвется… и как раз тогда, когда Мартинсон из канадской армейской команды готов был выложить семь тысяч долларов, если Танжерин выиграет!.. Для нас это имело огромное значение.
— Пат не из тех, кто может подвести, как бы неблагоприятно ни складывались обстоятельства, — заметил Северид.
— Она просто козырь, — кивнул Полэм. — Ваше здоровье! — Он выпил и поставил стакан на стойку. — А что же происходит с Глорией, Гай?
Северид пожал плечами:
— Ведет какую-то игру… Когда будет готова появиться, она появится.
— И все же мне это не нравится, — хмуро бросил Полэм.
— Может быть, у вас есть какие-то соображения в связи с этим?
Полэм повернулся и взглянул приятелю в лицо:
— Послушайте, Гай, с некоторых пор у меня появилось чувство, что вы не очень-то счастливы. Вы не обязаны жениться на Глории, если что не так. Мы ведь живем не в Средние века, слава богу!
— Вы так считаете? — В тоне Северида прозвучала горечь.
— Гай, если я могу вам чем-нибудь помочь…
— Забудьте об этом. Мы с Глорией собираемся пожениться и весело прожить всю свою жизнь. Вы же знаете: ночные клубы, яхты, партии в бридж… О господи!
— Гай!
— Простите меня. Но какой жених не испытывает в какой-то момент страха перед выходом на сцену? Пожалуй, устрою-ка я себе сегодня хороший холостяцкий кутеж!
Полэм посмотрел на него с тревогой:
— Вы знаете, Гай, что я готов сделать ради вас все, что угодно. Если есть хоть какой-то способ помочь вам, скажите мне. Видит бог, я никогда не смогу отблагодарить вас за ту поддержку, которую вы оказали мне в прошлом.
— Вы ничего не сможете сделать, — ответил Северид, внимательно разглядывая виски в своем стакане. — Вы решительно ничем не можете мне помочь, Джордж.
— Ей-богу, я бы всыпал Глории по заднице за такое обращение с вами! — сказал Полэм.
Северид рассмеялся:
— Займите мне место поближе, хорошо?
Перед входом в манеж стояла желтая машина Прейнов. Джонни Кэртин, подняв воротник, вышагивал по тротуару. Было уже второй час ночи.
Наконец появилась Пат с пальто, большим серебряным призом и чемоданом в руках. Джонни подхватил у нее все эти вещи.
— Я уж думал, вы никогда не придете, — мягко укорил он.
— Мне и сейчас кажется, что я еще не совсем пришла, Джонни, — улыбнулась Пат. — Будьте паинькой, положите все это в багажник. Вот ключи. Мне еще нужно повидаться с двумя-тремя людьми, позвонить Линде насчет Глории и проверить кое-какую информацию. Но клянусь, я быстро, Джонни!
— Что ж, валяйте. Ибо, когда я заговорю, вам придется слушать, пока я не закончу. А это может продлиться всю ночь.
Ее рука на мгновение скользнула в его руку.
— Пожалуй, я не буду иметь ничего против… — Она повернулась и снова исчезла в дверях.