Подвиг: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ахъ … Нѣтъ …

Леночка поднялась.

— Пойдемъ домой.

Софи послушно встала и пошла съ подругой къ дому. Обѣ молчали. Холодные токи бѣжали по жиламъ Леночки. «Донести? … Сказать кому-то объ этомъ заговорѣ, объ этой «авантюрѣ«? Доносъ ее не страшилъ и не смущалъ. Она не думала, какiя могутъ быть послѣдствiя доноса для ея дяди и Мишеля. Она усвоила со школьной скамьи, что доносить не стыдно, не преступно, не гадко. Каждый обязанъ доносить. Ее смущало другое … Куда донести? А какъ съ этой запиской она сама попадется? Тутъ дѣло шло уже не о миллiонахъ, которые кто и за что ей дастъ? … He большевики же? Она знала, какъ и чѣмъ платили большевики доносчикамъ. Она знала и ихъ грубость и ихъ жестокость, и она боялась ихъ. Она теперь знала, что они были повсюду. И Жанъ былъ большевикъ. Надо ихъ остерегаться. Могутъ быть пытки, можетъ быть смерть.

Леночка не помнила, какъ она дошла до дома и простилась съ Софи.

— У меня голова болитъ, — жалобно сказала она подругѣ.

Она воспользовалась тѣмъ, что Неонила Львовна ушла куда-то и прошла къ Ольгѣ Сергѣевнѣ. Она не считала возможнымъ скрывать опасность, грозившую всѣмъ.

— Тетя, — сказала она, — князь мнѣ передалъ письмо отъ Мишеля.

Она подала записку Ольгѣ Сергѣевнѣ.

Та прочла и перечла ее нѣсколько разъ. Она подняла глаза къ образу. Такъ вотъ оно чудо, которое она намолила у образа Богоматери? Все обманъ! Всѣ ея прежнiя чувства, все прошлое, притушенное разлукой недоброжелательство къ мужу вспыхнуло съ прежней силой. Онъ снова сталъ для нея «полковникомъ», Донъ-Кихотомъ. Она перечитывала и старалась вникнуть въ смыслъ гого, что писалъ Шура.

«Онъ, старый офицеръ генеральнаго штаба, не увидалъ того, что увидалъ и понялъ Шура, кого всѣ они считали недоучкой и дуракомъ. Шура правъ. Конечно, — авантюра! … Ихъ триста человѣкъ, и они хотятъ бороться со всѣмъ мiромъ. Съ какого-то таинственнаго острова на экваторѣ? Безумiе».

Ольга Сергѣевна давно въ сердцѣ своемъ постановила, что большевики непобѣдимы. Отъ того и было такъ темно и мрачно на ея сердцѣ, что она-то знала, что никогда, никогда не вернется она въ Россiю. Да и зачѣмъ? Тринадцатилѣтнее владычество большевиковъ не могло пройти незамѣтнымъ. Какую она найдетъ теперь тамъ Россiю?

Весь праздникъ души, что торжественнымъ гим-номъ пѣлъ въ ея сердцѣ, когда она узнала, что ея близкiе живы и здоровы, пропалъ и затихъ, какъ только она поняла, на какое дѣло они пошли.

Россiи они все равно не спасутъ, только сами погибнутъ.

— Порви, — сказала она Леночкѣ, не зная, что сказать, — порви эту записку … Нѣтъ, постой … He рви … Она можетъ понадобиться. Можетъ быть, и правда все это надо разстроить … Просить вмѣшаться французовъ и остановить эту авантюру … Но храни ее бережно … Храни … Никому не показывай. Ты понимаешь … Ты тамъ сама жила … Ты знаешь, чѣмъ и какъ ты рискуешь, если кто не надо узнаетъ про нее. Хоть и Парижъ … У меня Кутеповъ передъ глазами … И никто за него не заступился …

Онѣ обѣ были, какъ заговорщицы. Отъ мамочки молчаливо рѣшили все скрыть. Но та видѣла огорченное лицо дочери и тревогу Леночки, видѣла, что отъ нея что-то скрываютъ, обижалась и ворчала вслухъ:

— Это, дѣти мои, какъ «винтики» … Какъ «винтики» … Куда повернутъ, куда полетятъ, такъ тому и быть … Такъ тому и быть… — какъ ворона каркала она.

Тревога, волненiе и безпокойство и самый ужасный страхъ вошли въ бѣдныя каморки виллы «Les Coccinelles» …

XXIV

Ha другой день Леночка не хотѣла ѣхать въ Сорбонну, но Софи пришла за нею, какъ всегда и сказала, что будетъ какая-то особенно интересная лекцiя пра прошлое Парижа, будетъ читать знаменитость, и Леночка рѣшила, что опасности нѣтъ, если она поѣдетъ. Она при Софи запрятала поглубже на грудь голубенькiй конвертикъ и онѣ поѣхали въ Сорбонну.

— Только, какъ тамъ хочешь, — сказала дорогой Леночка, — а завтракать мы пойдемъ куда-нибудь въ Латинскомъ кварталѣ. Я откровенно тебѣ скажу, я не хочу встрѣчаться съ Жаномъ. Ты на меня не обижайся. Мнѣ не нравится его манера все выспрашивать.

— Какъ хочешь, — спокойно сказала Софи. Лекцiя и правда была интересная. Все прошлое Парижа встало передъ Леночкой. Улицы, острова, кварталы, все точно ожило, покрылось невидимыми тѣнями людей прошлаго и стали по новому интересными и красочными. Завтракали въ маленькомъ ресторанчикѣ во второмъ этажѣ, на площади Сенъ-Мишель. Низенькая комната стараго дома была полна молодежи, студентами и студентками. Веселый смѣхъ и шутки не смолкали. На Леночку поглядывали съ нескрытой симпатiей. Она нравилась восточною красотою. Леночка совсѣмъ разсѣялась, и ей стали казаться смѣшными ея страхи. Въ Парижѣ ничто не можетъ случиться и никакой большевикъ не посмѣетъ къ ней прикоснуться, какими бы тайнами она ни обладала. Эта милая молодежь за нее заступится и ее отстоитъ!

Послѣ завтрака Софи предложила Леночкѣ поѣхать вмѣстѣ съ нею къ ея портнихѣ. Это была давнишняя мечта Леночки. Софи была парижанка и какъ и гдѣ она одѣвается это было такъ интересно. Онѣ взяли такси и поѣхали куда-то очень далеко.

Домъ былъ сѣрый и невзрачный. Софи объяснила, что это совсѣмъ недорогая портниха, но она работаетъ на лучшiе дома Парижа. Онѣ поднимались на шестой этажъ. Лифта не было. Леночка запыхалась, когда дошла до площадки, куда выходили три двери. Тишина стыла за ними. Софи позвонила у лѣвой двери и, какъ показалось Леночкѣ, позвонила какъ-то странно, нѣсколько разъ. Дверь открылась, и тотъ, кто открылъ ее, спрятался въ сосѣдней комнатѣ. Была темная крошечная комнатушка прихожей, куда несмѣло вошла Леночка за подругой. Едва она вошла, какъ чьи-то сильныя руки схватили ее за горло, въ полумракѣ Леночкѣ показалось, что она увидала искаженное лицо Жана, Софи набросилась на нее, разстегнула ея платье и выхватила завѣтную записку Мишеля Строгова. Это было одно мгновенiе, въ слѣдующее, ее грубо повернули, съ силою толкнули къ лѣстницѣ, такъ, что она не могла удержать равновѣсiя и покатилась по крутымъ ступенямъ. На верху дверь закрылась, и тамъ все стихло.

Леночка очнулась и оправилась отъ охватившаго ее страха только на площадкѣ пятаго этажа, куда она скатилась. Безумный страхъ владѣлъ ею. «Вотъ оно, вотъ оно», — думала она, — «большевики. Я попала къ нимъ въ ловушку».

Она подобрала платье, застегнула блузку и въ страхѣ, не отдавая себѣ отчета что дѣлаетъ, побѣжала внизъ по лѣстницѣ, выскочила изъ дома и пробѣжала нѣсколько кварталовъ, не замѣчая ни домовъ, ни улицъ. Она остановилась только у входа въ подземную дорогу. Тутъ были люди, и не было такъ страшно. Она поѣхала домой. У нея отъ ушиба и нервнаго потрясенiя разболѣлась голова. Дома она съ трудомъ дозвонилась. «Мамочка» предавалась послѣобѣденному сну. Ольги Сергѣевны не было дома.

Неонила Львовна впустила Леночку и сейчасъ же снова завалилась на постель. Леночка прошла въ комнату Ольги Сергѣевны и легла. Въ головѣ шумѣло. Ее била лихорадка. Она смутно сознавала, что случилось нѣчто ужасное. Если Софи вырвала записку, она знала ея содержанiе. Она въ ней была заинтересована. Она знала по-Русски. Она и Жанъ не были французами, но были Русскими большевиками, нарочно подосланными, чтобы слѣдить за ними.

Сквозь сильную головную боль мысль Леночки работала удивительно ясно и логично. Точно какой-то клубокъ распутывался передъ нею, и все становилось яснымъ. Во всемъ, во всемъ виновата та «авантюра», куда «влипли» полковникъ и Мишель Строговъ. Она была давно раскрыта большевиками и имъ надо было только добыть доказательства. Софи была подослана, чтобы слѣдить за ними. Они всѣ обречены. Тутъ мысли путались. Что же дальше дѣлать и какъ спастись? Прежде все надо дождаться Софи и начисто объясниться съ нею. Сказать обо всемъ Ольгѣ Сергѣевнѣ или лучше не говорить? Нѣтъ, лучше пока молчать. Надо узнать все отъ Софи.

Леночку предательство подруги не возмущало. Въ школѣ второй ступени она и не такое предательство видала. Но здѣсь противъ предательства можно было бороться. Онѣ были не въ Совѣтской республикѣ, а въ Парижѣ, переполненомъ «бѣлыми» Русскими и, если она скажетъ имъ, кто такое Софи Земпель, ее заставятъ вернуть записку. Это были смѣлые и гордые планы. Они быстро и какъ-то совсѣмъ непослѣдовательно смѣнялись полнымъ упадкомъ духа и тогда Леночка тряслась въ лихорадкѣ и съ тревогою прислушивалась къ тому, что дѣлается на дворѣ. Ей слышались гудки автомобиля, грохотъ грузовика, людской гомонъ. Она въ тревогѣ поднималась на постели. Въ эти часы все было тихо въ этомъ мѣстечкѣ, всѣ жители были на работѣ или на службѣ въ Парижѣ и оно было пусто. Леночка ждала возвращенiя Софи. Должна же будетъ она вернуться.

Софи не приходила. Ольга Сергѣевна вернулась усталая и раздраженная. Отъ ея вчерашняго праздничнаго настроенiя и слѣда не осталось. Обѣдали молча. Скоро послѣ обѣда полегли спать. Леночка не спала. Она все прислушивалась, когда вернется Софи. Ты не возвращалась.