Прошлые жизни и ваше здоровье: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Но возможно и такое, — ответила я в унисон ему, — вы записали в плане этот сеанс, чтобы вас заранее предупредили об опасности и вы могли предотвратить ее?

Рич кивнул. Прежде чем он ушел, я взяла с него обещание рассказать мне потом о круизе и о малыше, который, как я знала, окажется розовощеким здоровым мальчиком.

Два месяца спустя я получила длинное письмо от Рича. Круиз прошел отлично, и у него ни разу не было и намека на морскую болезнь. Что же касается боли в затылке, то она исчезла через несколько дней после регрессии и больше не возобновлялась. И еще Рич рассказал мне об одном «маленьком событии», которое произошло во время круиза. Они с группой выступали на большом помосте посреди танцевального зала корабля. И вот, когда лидер их группы объявлял очередную песню, Рич услышал над собой и немного позади приглушенный хруст. Парень инстинктивно обернулся на шум и отскочил в сторону — за миг до того, как рухнул бархатный занавес вместе с железным прутом, на котором он держался. Прут упал прямо на стул Рича и разбил его вдребезги. «Я остался цел и невредим, но в течение всей следующей недели при одном воспоминании об этом случае меня бросало в холодный пот, — писал Рич. — Если раньше у меня и были какие-то сомнения относительно духовного гида, то теперь они совершенно исчезли. Вы с ним спасли меня если не от смерти, то по меньшей мере от перелома шеи».

Вместе с письмом Рич прислал фотографию здорового розовощекого малыша. Мальчика назвали Израэль.

Нора

Астма

Хроническая боль в спине

Тридцатипятилетняя Нора была на втором месяце беременности. Предыдущая закончилась выкидышем, и женщина решила сделать все, чтобы доносить следующего ребенка до конца — а для этого, кроме всего прочего, нужно было как следует позаботиться о своем здоровье. Нора с подросткового возраста страдала астмой. Кроме того, она надеялась избавиться от боли в спине, которая началась после довольно безобидного падения, когда женщина училась кататься на лыжах. С тех пор она больше и думать не хотела о лыжах и вообще терпеть не могла этот вид спорта. Она знала, что с беременностью боль в спине, вероятно, усилится, но обследовавший женщину специалист утверждал, что с ней все в порядке. Во время последнего визита к нему Нора так рассердилась на его заявление, будто она «просто представила себе эту боль», что не смогла удержаться и заявила: «Простите, очевидно, я занимаю ваше время проблемой, решить которую вам не под силу. Поэтому на следующей неделе я иду к экстрасенсу и уверена, она мне поможет». Он ответил, что если Нора хочет потратить деньги на «какого-то чокнутого экстрасенса», то он, конечно, не может остановить ее.

Поверьте, девяносто минут, проведенные со мной, стоили денег, которые она заплатила.

Ключ к своей астме Нора нашла почти мгновенно. Она вернулась в Англию, в 1110 год. Ей было четырнадцать лет. Девушка затаилась в углу крохотной холодной темной подвальной комнатки. Из-за тяжелого запаха сырости и плесени было трудно дышать. Нора скрывалась от преследователей. Если бы ее нашли, то заточили бы в тюрьму или казнили за то, что в те времена считалось «преступлением против церкви». Она принадлежала к небольшой тайной группе людей, поклонявшихся Матери-Богине. Они называли себя ессеями и изучали «колдовство», которое мы теперь называем фито- и ароматерапией. Однажды во время ночного богослужения их окружили правоверные христиане, но девушке удалось сбежать. Спрятавшись в этом тесном подвале, Нора спаслась от преследователей, но надышалась спорами грибков и плесени, которые вызвали у нее целый ряд тяжелых легочных заболеваний. Она умерла четыре года спустя от острого плеврита.

Точку входа к болям в спине Нора нашла в 1822 году во Франции. Восьмилетняя Нора была несколько маловата для своего возраста — такая же хрупкая и необыкновенно красивая, как ее мать, известная певица. Когда ора родилась, ее брату, Жерару, было пять лет. Это был испорченный самонадеянный мальчишка, внешне похожий на их высокого симпатичного отца, который был владельцем нескольких ночных клубов, где пела мать Норы. До рождения девочки родители по вечерам всегда брали Жерара с собой в эти клубы. Мать в своих роскошных нарядах пела на сцене; отец ходил между столиками, приветствуя заискивающе-восторженных завсегдатаев, словно могущественный кукловод, оживляющий свою коллекцию забавных марионеток. Мальчика тем временем все ублажали и обхаживали, словно особу царских кровей. Но вот на свет появилась Нора, и родители решили, что им проще нанять няню, чем таскать за собой двоих детей. Таким образом, выходы в свет для Жерара превратились, и ему пришлось довольствоваться вниманием и любовью родителей лишь в те непродолжительные часы, когда они бывали дома. С точки зрения Жерара, благоденствие в его жизни сменилось убожеством, и во всем была виновата эта непрошеная малявка. Он презирал сестру с самого начала. По отношению к ней он проявлял ледяное пренебрежение, либо старался причинить боль, если видел, что останется безнаказанным. Нора была достаточно здорова и независима, чтобы в очень раннем возрасте понять: ее брат — не очень хороший, его презрение к ней — это его проблема и она не позволит ему сделать ее несчастной. Нора и Жерар находились в состоянии необъявленной войны вплоть до восьмого дня рождения девочки. В тот день во дворе ее ждал сказочный праздник с клоунами, пони, музыкой, подарками и множеством друзей. Она как раз собиралась спуститься по длинной изогнутой лестнице со второго этажа их дома, но… внезапно в Жераре вспыхнула яростная ненависть, он подбежал к девочке сзади и изо всех сил толкнул ее в спину. Нора покатилась вниз по деревянным ступеням и приземлилась внизу, испытывая нестерпимую боль: у нее была переломана спина. Она успела заметить, как Жерар развернулся на верхней площадке лестницы и скрылся. Нора умерла прежде, чем приехал доктор.

Не так уж трудно увидеть сходство между падением с высокой лестницы и катанием по крутому склону на лыжах — особенно если это занятие для тебя ново и пугающе. Ее клеточная память не видела между этими вещами никакой разницы и послала клеткам женщины информацию о том, что результатом этого занятия станет жесточайшая травма спины, независимо от того, насколько легким окажется ушиб при падении. Позже Нора рассказывала мне, что всю жизнь боялась высоты: при подъеме по эскалатору у нее всякий раз потели ладони. Несколько лет назад при покупке дома она едва не довела своего мужа до бешенства, потому что отказывалась даже слушать про любое жилище, в котором было больше одного этажа.

Когда я проводила Нору через смерть от рук Жерара, она вдруг пробормотала:

— Мне нужно увидеться со своим ребенком.

— С тем, которого вы потеряли? — спросила я.

— С тем, которого вынашиваю. Это возможно? Я объяснила, что мы можем предложить встречу любому духу, но нет никакой гарантии, что этот конкретный дух откликнется на наше предложение. Духовного гида Норы звали Доминик. Я велела клиентке выбрать для встречи какое-то определенное место, описать его как можно подробнее, а затем попросить Доминика пригласить дух еще не рожденного ребенка туда для встречи.

Нора описала мостик над кристально-чистым ручьем посреди бескрайнего, изумительно красивого луга. Вдалеке она видела огромное белое мраморное здание, ко входу в которое ведет очень широкая лестница в милю длиной. Я спросила клиентку, знает ли она это место.

— Кажется, оно мне знакомо, — ответила она, — но я не могу сказать, где это.

Женщина оказалась у входа на Другую Сторону, где прежде бывала много раз. Но я не стала прерывать ее и говорить об этом. Мраморное здание вдалеке — это великолепный Дом Мудрости, первая остановка каждого вновь прибывающего с Земли.

Вначале Нора была одна. Затем возле нее появилась темноволосая женщина. У женщины была безупречная оливковая кожа, огромные карие глаза, округлое ангельское лицо и изящная фигура с осиной талией.

— Кто она? — спросила я. На лице Норы отразилось недоумение.

— Женщина говорит, что ее зовут Рашель и она — моя будущая дочь.

— Вы ей верите?

— Хотелось бы. Она красивая. У нее цвет кожи как у моего мужа, а глаза как у моей матери. Я просто не ожидала встретить взрослую женщину.

Улыбнувшись, я объяснила клиентке, что на Другой Стороне всем по тридцать лет. Но ей не обязательно верить моим словам, и даже словам Рашель. Через семь месяцев, когда родится ребенок, она узнает наверняка, было ли это переживание реальным или нет.

— Кто бы ни была эта женщина, она оказалась достаточно любезной, чтобы встретиться с вами, — заметила я, — так что узнайте, не хочет ли она сказать вам что-нибудь еще.

— Рашель хочет, чтобы я знала, что она — тот же ребенок, которого я вынашивала в прошлый раз. Тот момент оказался неподходящим для всех нас, но теперь все будет хорошо. Это наша пятая жизнь вместе. Дважды мы были лучшими друзьями, один раз — братьями, а в последний раз я была ее сыном. — После паузы Нора добавила: — Она говорит, что ей не терпится вернуться на землю. Я должна родить в ноябре (это правда), но она родится за три недели до срока.

Встреча с еще не рожденным ребенком была исключительно отчетливой и реальной. Но как призналась Нора, возможно, она сама все выдумала, побуждаемая отчаянной надеждой, что в этот раз ее беременность протечет успешно. Скептицизм женщины был обусловлен исключительно тем, что она боялась во все это поверить. Я заверила женщину, что не могу упрекать в скептицизме ни ее, ни кого бы то ни было, поскольку сама — скептик. Но тем не менее я попросила ее не забывать, что и Рашель, и я, медиум-ясновидящая, обещаем, что в октябре у нее родится здоровая девочка. А правильно ли это предсказание, покажет время.

Однако первых результатов регрессии не пришлось ждать так долго. Через месяц Нора сообщила мне, что ее астма и боль в спине полностью прошли. Женщина уже сама, вслед за своим врачом, начала думать, что, возможно, она «просто представляла себе» все эти болезни.

И, что гораздо важнее, через семь месяцев я получила от Норы известие о рождении ребенка. Это была совершенно здоровая девочка весом в четыре килограмма. Малышка родилась 24 октября, ее назвали Рашель, и у нее была оливковая кожа отца и большие карие глаза бабушки по матери.