- Она шла в Олдерворт, когда ты ее встретил?
- Нет, она шла оттуда.
- Этого не может быть.
- Нет, может. Она шла рядом со мной, а я тоже оттуда шел.
- Так где же ты ее в первый-то раз увидел?
- Возле вашего дома.
- Будь внимателен и говори правду! - строго приказал Клайм.
- Да, сэр. У вашего дома - вот где я ее в первый раз увидел.
Клайм выпрямился на табурете, а на лице Сьюзен появилась улыбка предвкушенья, отнюдь ее не красившая и как будто говорившая: "Что-то злое к нам спешит!"
- Что она делала возле моего дома?
- Пошла и села под деревьями на Дьяволовых мехах.
- Боже мой! Это полная новость для меня!
- Почему ты мне раньше этого не говорил? - спросила Сьюзен.
- Я боялся, мама, вдруг ты рассердишься, зачем я так далеко ушел. Я собирал голубику, а она ближе не растет.
- И что же она там делала, на пригорке?
- Смотрела, как какой-то мужчина подошел к дому и вошел в дверь.
- Ну да, это был я - сборщик дрока с ежевичными ветками в руках.
- Нет, это были не вы. Этот был одет, как городской. А вы еще раньше вошли.
- А кто он такой?
- Не знаю.
- Ну говори, что было дальше.
- Эта пожилая дама, что потом умерла, она пошла и постучала к вам в дверь, а молодая с черными волосами выглянула в окошко и посмотрела на нее.
Мать Джонни повернулась к Клайму и сказала:
- Что? Этого вы не ожидали?
Он обратил на нее не больше внимания, чем если бы был каменным.
- Говори, говори, - хриплым голосом сказал он мальчику.
- Когда старая дама увидела, что молодая смотрит на нее из окна, она опять постучала, а когда никто не пришел, она взяла серп и стала смотреть на него, а потом положила и стала смотреть на ежевичные ветки, а потом ушла и прямо пошла по вереску туда, где я был, и она очень громко дышала - вот так. Потом мы пошли вместе, она и я, и я говорил с ней, и она поговорила со мной, по немного, потому что не могла хорошо дышать.
- О! - тихо простонал Клайм и опустил голову. - Говори еще, - сказал он.
- Она не могла много говорить и не могла идти, и лицо у нее было у-у какое странное!
- Какое у нее было лицо?