— Дальше?… дальше-е… — Мара напряженно терла ладонью лоб, — дальше не знаю, никто ничего не говорил мне…
— Обычная история! — воскликнул я, хлопнул ладонью по колену. — Неужели твоя мать не удосужилась хоть намекнуть?
— Я никогда ее не видела, — печально ответила русалка.
— Прости, — замялся я, обнял Мару за плечи.
— Я не сержусь, — она кисло улыбнулась. — Ты никогда не спрашивал. Мама жила на Суше: отец увидел ее, влюбился и утащил в озеро. Через неделю они сыграли свадьбу.
— Вот видишь! — встрепенулся я, но осекся, приглушая радостный пыл. — Значит, с твоей матерью было все нормально?
— Конечно. Но вскоре после моего рождения она умерла от тоски, ведь ее отчий дом остался на Суше.
— Значит, твоя мать жила на берегу, — повторил я.
— Да, — продолжала Мара. — Вот почему я родилась русалкой. Отец любил повторять, что иметь дочку-русалку — престижно.
— Печальная история, — выдохнул я. — Может, твой папаша?…
— Нет. Он ничего не рассказывал. Только хвалился, что у него такая дочка. И при этом потирал плавники — один о другой.
— Но ты говорила, что нарушила правила Лукоморья? И у тебя был жених?
— Отец обещал, что за мной явится принц, который все расскажет. Но потом решил отдать за Рука Осмия XI…
— Ладно, давай танцевать от печки. Будем считать…
— Танцевать? От стенки, где лежаночка?
— Ответы на вопросы чуть позже, — нахмурился я.
Мара поджала губы. Хотелось вцепиться в них, вонзиться зубами в плоть и кровь, высосать ее всю, до последней капли, а потом наполнить новой жизнью! У-у-у! “Тесс…” — впервые внутренний голос поддакнул: “Молчи, грусть, молчи! Я тоже мужик!”
Я взмотнул головой, возвращаясь на краешек кровати с влажными постельными принадлежностями:
— Примем, как аксиому, я — тот самый принц.
— Котик! — обиженно промурлыкала Мара.
“Обиженно промурлыкала? Не галлюцинируй, бедняжка!”
— Милый! — обиженно промурлыкала Мара. — Ты — свет очей моих, муж мой, принц мой, мой единственный хозяин! Вот она я — твоя навеки: делай со мной, что хочешь!
— Да я хочу! Я очень хочу! Но как? Скажи ты мне, как?
— Как хочешь, так и делай, — предложила она, вопросительно следя за мной: что я стану делать?…
— Успокойся, Мара, — сказал я, досчитал до тридцати и обратно. — Твой отец, у него был такой же хвост?
— Да, — игриво улыбнулась русалка, — я похожа на него, мы неотличимы, как два пузырька воздуха!
— Ну, в таком случае объясни: как ему удалось поиметь женщину?
— Что? Я не поняла: ты сказал “по…”?
— Извини, это слово… не очень красивое. Я хотел выяснить, каким же образом на свет появилась ты?
— Я? Меня родила мама.